Назад дороги нет (Манило) - страница 68

— Прошу, валькирия, — улыбается, указывая рукой на сидение. — Садись и ничего не бойся, я же рядом.

И с ним я действительно, кажется, могу ничего не бояться. Разве что самой себя, но и этот страх я, кажется, почти поборола.'

12. Жанна

Если Витя решил, что может так просто отделаться, то у меня для него плохие новости — не для того я вернулась в этот чёртов город через столько лет из столицы, чтобы выслушивать претензии, нет у меня для этого лишних сил и терпения. Ну вот, что Жданов за человек? Неужели так нравится тыкать другим в нос их грехи? Добрее нужно быть, терпимее. Но Вик этого не понимает и никогда не понимал — слишком принципиальный, чёртов моралист. Только с друзьями своими носится, как с писаной торбой — последнюю рубашку готов ради них отдать и всё им простить. И хоть они далеки до идеала, но почему-то от них готов всё вытерпеть, а мне мои ошибки прощать не собирается, придурок злопамятный.

Понимаю, что решение пойти к Вику на поклон — однозначно не самая лучшая идея в жизни, но у меня на самом деле не осталось никого, кроме бывшего мужа. Такая дурацкая ирония… и во что превратилась моя замечательная жизнь, скажите на милость?

Вдруг возникают непрошенные воспоминания, как родители поставили на мне крест, когда я ушла от Жданова, оставила ему сына. Мать сказала, что дочь — шалава и кукушка — им не нужна. И в самом деле, оказалась не нужна, не шутила мать. Впрочем, чего-то подобного я и ожидала, когда решила уйти от Вика, я была готова к этому, потому не сильно-то и расстроилась — всё равно ничего хорошего мои предки мне не дали, кроме извечных упрёков и требований.

Но как бы мать не бушевала и не давила мне на совесть, ребёнка я всё равно не собиралась забирать с собой, потому что моему любовнику не нужны были дети, а мне нужны были его деньги. Из этих вводных исходило, что сына я оставила, и поступок этот, на тот момент, казался самым логичным из возможных. Я ведь была молода, мне хотелось роскошной и красивой жизни — всего того, чего была лишена всё детство и юность и чего была, как никто другой, достойна. Витя, конечно, тогда влез тогда в криминал, молотил бабки ради нас с Яном, но мне было мало — я заслуживала гораздо большего. Да и почему нет? Ребёнку уже исполнилось тогда три, он был почти взрослый, самое тяжёлое осталось позади, вот и решила, что могу позаботиться о себе и своём будущем. Ни о чём другом тогда просто не думала, а потом ни разу не пожалела, что сделала именно такой выбор. Я вообще не очень способна жалеть о чём бы то ни было — не тот склад характера. Сделанного всё равно не воротишь, так какой толк убиваться и заниматься самоедством?