— С чего такая уверенность? — поинтересовалась встречно.
Вышло довольно враждебно. Просто, внутренняя истерика давала о себе знать, пусть я и сама не понимала, что бесило больше: его холодность или моя нездоровая зацикленность по этому поводу.
— Просто знаю и всё, — неопределённо пожал плечами Джеймс.
Но мне такого объяснения явно недостаточно.
— И всё-таки? — не сдалась я.
Брюнет поджал губы.
Ему явно не нравился устроенный мною допрос.
— Аарон — друг семьи, — нехотя отозвался он, спустя минуту молчания. — Я хорошо его знаю. Обижать маленьких девочек — точно не входит в его привычки.
Полагаться на слово незнакомого мужчины — сравнимо с прыжком в Темзу в данное время года. Нечего удивляться потом, откуда воспаление лёгких взялось.
— Видимо, настолько близкий, что ты даже за забытыми сумками его девушек ездишь по ночам, да? — озвучила прежде, чем прикусить язык.
И когда это я стала такой грубиянкой?
— Нет, не настолько, — беззлобно ухмыльнулся Джеймс. — Но я был поблизости, вот он и попросил.
Верилось с трудом. И, видимо, последнее — очень хорошо отображалось на моём лице.
— Могила моей матери на Хайгейтском кладбище, так что я, правда, очень часто бываю в этом районе, — устало дополнил брюнет. — Каждый день почти.
В салоне автомобиля вновь воцарилась тишина, но я не спешила нарушать её. Сердце сжалось в приступе боли и раскаяния одновременно. Но и попросить прощения за свою бестактность я не осмелилась. Лишь по истечению десяти минут запоздало поняла — мы давно за пределами хайгейтского района.
— Мой дом в другой стороне, — проговорила тихонько.
В отражении ветрового стекла было прекрасно видно, как на губах Джеймса мелькнула слабая понимающая усмешка.
— Знаю, — снисходительно ответил он. — Просто, пока я ходил за твоей сумкой, возникло неотложное дело. Заедем на пару минут к одному моему другу, а потом я отвезу тебя домой.
Ощущение дежавю захлестнуло сознание словно цунами, но на этот раз я решила промолчать.
Слишком интересно, что же будет дальше…
Южный берег Темзы сверкал лиловыми и серебряными огнями искусственного освещения, притягивая взгляд. «Aston Martin» остановился около здания Парламента, позволяя любоваться на одно из крупнейших колёс обозрения напротив. Когда я была маленькой, отец не раз пытался затащить меня на этот аттракцион, но врождённая акрофобия — гораздо сильнее, чем желание любоваться городскими видами с высоты сорока пятиэтажной высотки.
— Приехали, — озвучил очевидное Джеймс, выходя из машины.
Мужчина громко хлопнул дверцей с водительской стороны и обошёл автомобиль, открывая ту, что с моей. Но я не спешила выходить. Почему-то казалось: внутри безопаснее. Да — глупо. И совершенно точно безосновательно. Но я уже давно привыкла подчиняться внутренним демонам, вопреки логике и здравому рассудку.