Как высокопарно он сказал, прямо городской оратор, не меньше.
Для деда что ли старался? Так тот не оценил, скорее насторожился.
— И кто же это вам рассказал, милейший?
— Тень повелителя, — не стал скрывать кайр, а я подумала, что прибью Эвена за длинный язык, когда он мне попадется.
— Какая болтливая Тень, — прищурился дед, вторя моим мыслям.
— Меня уполномочили охранять вашу внучку всеми возможными способами и от всех возможных неожиданностей.
— А от убийства зарвавшихся хранителей вам тоже поручили меня охранять? — разозлилась я.
Чертов Эвен, совсем ополоумел, если разбалтывает этому сомнительному типу все мои секреты. Где была его голова в тот момент?
— Не думаю, что это тот случай.
— Что? — не поняла я.
Это он о чем?
— Ваш дар, — терпеливо пояснил полукровка, — не думаю, что в данном случае имею право…
— Вы вообще не имеете никаких прав мне указывать! — резко оборвала его я. — Знайте свое место, господин хранитель.
Дед меня одергивать не стал, даже посмотрел с одобрением, впрочем, оно мне тоже было не нужно, мне вообще ничего не было нужно, разве что якорь, но этим двоим я не доверяла. А довериться все же придется. Только кому? Решила, что деду, по крайней мере, ему я не доверяю меньше. Во-первых, привычка, а во-вторых, пока я нужна ему живой и, по возможности, невредимой.
Хранитель наконец соизволил нас покинуть, дед устроился на диване, а я долго крутила в руках медальон, настраиваясь.
— Я думаю, стоит начать с другой комнаты. Надо спросить у управляющего, не заходил ли Луи куда-нибудь еще, прежде чем пойти в кабинет хозяина?
— Я спрошу, — кивнул дед и поднялся.
— И если в столе ничего нет, то может быть, ответы найдутся в сейфе? — остановила я его вопросом.
— Здесь нет сейфа, — нахмурился он.
— Значит, он есть где-то еще. Ведь так не бывает, чтобы у имеющего дело с важными бумагами дэйва не было сейфа.
— Хорошая мысль, Клементина, — одобрил дед и даже совершил невероятное — потрепал меня по голове. И пока я пребывала в легком шоке, продолжил: — я попрошу этого… твоего хранителя поискать.
— Он тебе тоже не нравится? — все еще обалдевая от странного поведения родственника, поинтересовалась я. — Почему?
— Потому что слишком своевольный.
— Говорят, кайры не убиваемы.
— Это-то и опасно. Не хотелось бы, чтобы таких было больше семи.
Что верно, то верно. Мало того, что они практически неуязвимы, невосприимчивы к боли, магию чуют за километр и почти ее не воспринимают, прямо как я, так еще и не сдерживают их никакие законы кроме их странного кодекса чести. А вот если появятся кайры без кодекса, да без главы Ордена, который их сдерживает, что тогда будет? Катастрофа в масштабе страны, или мира?