Я приблизился к прелестному телу девушки, держа во рту кусочек мяса и легонько коснулся им её бедра. Она предсказуемо вздрогнула, а я отметил ровные ножки, совершенно не похожие на ноги крестьянки. Хороша девочка.
Я нежно прошёлся по упругому бедру и притягательному рельефу перехода к аккуратному тазу. Пощекотал немного её нежный животик. Задержался в районе пупочка, но продолжил движение по центру торса до самой груди. Тут я замешкался с выбором дальнейшего маршрута, но ненадолго.
Прелестное тело и отличная фигура! Девушка дрогнула, а её грудь напряглась так, что по коже пошли пупырышки.
Бли-и-ин… Наверное, языком задел, а сейчас этого делать никак нельзя, ведь над телом томно дышат ещё как минимум шестеро. Это должно подействовать правильно!
– А можно и я? – вытаращился на меня Родион, наблюдая, как мои губы отпускают кусочек мясной нарезки прямо на сосок обнажённой и трепетной красавицы.
– Родион, – я принял роль великого учителя по философии игры с телом. – Не можно, а есть острая необходимость! Присоединяйся, только не кусайся! – пошутил я, видя, как глаза напарника блеснули в свете ближайшего бра на стене.
Но Родион забыл о мясе и просто приблизился к животику Марии. Парень поплыл, касаясь её кожи лишь кончиком языка в районе пупочка и доводя бедняжку до дрожи, а я забацал ещё по порции напитка для дам. Себе и Кутузову я ограничил количество градусов, просто не добавляя в игристое крепчайшего.
Выполнив все манипуляции с коктейлем, я вновь вернулся к столу, на котором лежит обалдевшая девушка, и чьё тело скоро начнёт извиваться.
– А-а-ах… Я больше не могу, – жалобно простонала красавица.
– Ещё немного, – прошептал я ей, и едва коснулся языком её привлекательных и набухших губ. – Разомкни пожалуйста свои умопомрачительные губки и приоткрой ротик, – попросил я её томным голосом и занёс над ней бокал с напитком. – Я утолю любую твою жажду…
Она повиновалась, а я пролил часть коктейля на неё, прежде чем напоить жаждущую алкоголя девушку, которой до пика удовольствия осталось лишь пара мгновений. Вот это точно хорошо!
Участники мероприятия прильнули к ней и, забыв про сервировку, слизали сладкую и терпкую влагу с её груди и шеи, действуя все вместе и испытывая явное удовольствие.
– Это, и правда, что-то невообразимое! – прошептал кто-то из разгорячённых дам.
– Только не здесь, – бессильно отозвалась Мария. – А-а-ах… – девушка томно застонала.
А Родион уже готов заняться известным и конкретным делом, так как расположился, опершись коленями и ладонями о столешницу, прямо над ней и над затылками склонившихся девиц. Из-за таких вот, занятых ласками и прекрасных помех, он пока не касается тела жертвы.