— Плевать. Подойдет любая. Пять минут.
Отключаюсь и отдаю телефон Оле.
— Сейчас придет смс с номером и маркой, прочитаешь вслух, — сам я опускаюсь на пол и запускаю руку в нишу, нащупывая дно верхнего ящика.
Со второй попытки я нахожу тайник и срываю с клейкой ленты спрятанный пистолет, следом достаю запасную обойму и прячу ее в карман пиджака.
— Серый Opel, 652.
— Хорошо, — я киваю ей и проверяю оружие, которое не видел полгода.
Я спрятал его на всякий случай, когда впервые признался себе, что Дима может выйти из-под контроля и натворить страшных дел. Тогда я, правда, думал, что для этого ему понадобится шумная пьянка или состояние аффекта, но я понял главное — в нем иногда ужасающей вспышкой просыпается лютая ненависть к жене. Я увидел тогда приступ его ярости, с которым он справился самостоятельно, и запомнил на будущее, что может сложиться так, что его придется останавливать. Любой ценой.
— Зачем тебе пистолет? — Оля боязливо косится на мои пальцы, сжимающие огнестрел, и машинально качает головой.
— Телефон пусть будет у тебя, — я беру ее за локоть и вывожу из квартиры. — Ответишь на звонок, водитель сообщит, когда будет на месте.
— Ты же поедешь со мной?
— Да. План изменился.
Оля по привычке тормозит у лифта, но я увлекаю ее дальше, к стальной двери, за которой бегут лестничные пролеты. Так безопаснее, хотя и дольше. Я чувствую подвох. Внутренним натренированным чутьем, которое просыпается, стоит мне оказаться в адреналиновой ситуации. Все профессиональные рефлексы просыпаются и внутри зажигается гадкая усмешка, что я слишком долго врал себе, что забыл каково воевать и рисковать. Всё я помню, и даже ловлю дерьмовый раж, который впрочем зажигается всего на мгновение и тут же потухает, стоит вспомнить, что я не один, а с Ольгой.
На кону слишком много.
А у меня один пистолет, две обоймы и машина, которая, дай бог, приедет вовремя.
И еще Арс. Но он ничего не сообщил мне о второй машине и непонятных планах Димы. Почему, мать его? Не знал? Не смог?
— Паша, — Оля вырывает из мыслей и наваливается на меня всем телом.
— Что? Голова кружится?
Я задал слишком быстрый темп для нее, застучав по ступенькам со скоростью изматывающей тренировки. Мне все равно, а она женщина. И я ведь дал ей таблетки. Они действуют и мешают ей двигаться быстро, но она хотя бы спокойно дышит и смотрит на меня взглядом без слез.
— Время есть, — успокаиваю ее и обнимаю за талию, чтобы страховать. — Бежать необязательно.
У дома современная планировка и на каждый подъезд приходится четыре двери, лестничные же пролеты выводят к последнему, которым реже всего пользуются жильцы. Конечно, если Дима мчится сюда с толпой, то он может перекрыть каждый. Но лучше варианта у меня все равно нет.