Конечно, посылая ей то письмо, Марк знал, что она рассердится. Лили была сама жизнерадостность. Однако он и представить себе не мог, что она будет так долго сдерживать свой гнев. Кроме того, ему никогда не приходило в голову, что она продолжит свою изначальную миссию убийства Станковского и ради этого разыщет Лоу Кингсли.
Лоу. При одном воспоминании о его имени Марк начинал скрипеть зубами. Британский наемник был забавным, умным, обаятельным, красивым и к тому же одним из лучших в своем деле. И Лили проводила с ним время. Много времени. Намного больше, чем когда-то с Марком.
«Я его убью».
Ему было больно оттого, что Лили искренне полагала, будто он бросил ее из-за алмазов. К концу их путешествия алмазы уже ничего не значили. Он ведь их ей оставил, разве нет? Дал ей самостоятельно добраться с ними до Танжера. Разве это ничего не значит? Сейчас ему алмазы были не нужны. Он просто знал, что, если бы не клюнул на ее приманку, Лили кинулась бы искать Станковского в одиночку, и что бы она там ни говорила, какую бы чушь ни вбил ей в голову Лоу, одной ей с этой задачей не справиться.
«Хотя, если честно, с тобой она управилась довольно хорошо».
Марк усмехнулся и потер шишку на голове. Лили надрала ему задницу, он этого даже не отрицал. Она стала проворнее, быстрее. Лили 2.0. Ее волнующие формы сменились крепкими мышцами, а пламенная страсть — ледяным гневом.
Но в глубине души он верил, знал, что она все та же. Все та же женщина, что тогда в Африке перевернула его мир. Все та же женщина, что боролась за то, чтобы стать тем, кем быть не должна, тем, кем ей быть не нужно — он не мог этого допустить. Ни за какие алмазы.
Он отвезет ее к Станковскому. И тогда покончит с этим раз и навсегда.
— Всё в порядке! — ее голос вырвал его из раздумий.
Окинув ее взглядом, Марк увидел, что она забирается на пассажирское сиденье рядом с ним.
— Есть информация?
— Нам нужно добраться до Барранкильи, это на побережье. Где-то... в двенадцати часах езды отсюда, — объяснила Лили, когда Марк снова влился в поток машин.
— Мы домчимся туда в два счета, — ответил он.
Лили фыркнула:
— Давай не будем опережать события. Нам с тобой не слишком-то везет с машинами.
Он громко рассмеялся.
— Очень верно подмечено.
Марк подумал, что, быть может, они уже достигли точки, когда могут смеяться и разговаривать, как старые друзья, но он ошибался. После этого она замолчала, и все время, пока он вел машину, глядела в окно. При любой попытке завязать разговор она ограничивалась односложным ответом, а иногда и вовсе его игнорировала.