Он молча обувается и выходит. Закрываю дверь и иду в ванну. Нужно срочно умыться холодной водой, потому что я зла до ужаса.
Как я могла вообще влюбиться в него? Он же кроме самого себя никого не любит! Какой с него отец?! Он слово дочь — то кое-как родил, когда только пришел, а еще посмотреть хотел.
Да по его виду было понятно, что он и не пришел бы, если бы не Вадим.
Вот если бы ему кто-то другой сказал, о том что у него возможно есть дочь, он вряд ли бы поверил. Но ведь это родной брат. С чего бы ему не доверять?
Я злилась. На Марка, на Вадима, на себя.
Чтоб успокоить свои эмоции, пошла стирать детские распашонки вручную. Заодно и займу себя чем-то.
/Марк/
Выйдя на улицу, немного постоял, вдыхая воздух и собираясь с мыслями.
Я повел себя как придурок. Не мудрено, что она меня выставила за дверь. Я бы себя тоже послал. Совсем чокнулся. Ребенок же не в чем не виноват. А я повел себя как идиот. Да еще и приперся с пустыми руками…
Сев в машину, велел водителю везти меня в торговый центр.
Выбрав мягкого розового медведя, набрал еще каких-то кукол и что-то развивающее. Не очень понял, о чем мне пыталась втереть продавец, но взял.
Помня, что Марина сладкоежка, заехал в пекарню. Там собрал корзину сладостей и шоколад.
Возвращался к ней с надеждой на то, что все же впустит в квартиру и мы поговорим.
Так и вышло.
Едва позвонив в дверь, замер, прислушиваясь к шагам. Она открыла, держа на руках ребенка.
— Входи. Не стой на пороге.
Я прошел внутрь, сразу отнеся корзину на кухню. Потом, подхватив пакет с игрушками, прошел в комнату. Здесь я увидел изменения. Был сделан косметический ремонт и сменена мебель. Вместо старого дивана стояла двуспальная кровать, возле которой приютилась детская кроватка.
Сама Марина сидела на кровати, усадив дочь в подушки.
— Это тебе — протянул малышке медведя. Она что-то радостно залопотала, потащив медвежье ухо в рот.
— Юляша, мишка фу какой. Не нужно тянуть его в рот.
Девочка была полной копией Марины: светлокожая, волосики белые, как пух, глаза и те — Маринину. Если она моя, то своего я ничего в ней не увидел.
— Присядь, Марк — она похлопала рукой по краю кровати. Я осторожно опустился. Малышка перестала жевать медведя и настороженно уставилась на меня.
— Надеюсь, мы придем к согласию о тесте — заговорил я, привлекая внимание девушки к себе. Она посмотрела на меня:
— Я и не собиралась препятствовать. Потом, если захочешь, можешь видеться с дочерью.
Я согласно кивнул. Все же она изменилась. Стала будто старше. И выглядит усталой.
— Ты ведь еще учишься?
— Да, учусь. У меня пока еще свободное посещение.