Когда мне исполнилось шесть, отца призвали на войну. Империя несла большие потери, а потому силы концентрировали по максимуму. С войны отец не вернулся, а его военный талисман сообщил о смерти. Тела для похорон мы с матерью так и не получили. Доходы были урезаны более чем вдвое, и нам пришлось из маленького уютненького домика переехать в комнату в господском доме, где мать работала в кухне, и жизнь вроде бы пошла на лад…
…то начался кромешный ад.
Мне тоже пришлось начать работать за мизерную оплату. Я была даже рада хоть чем-то помочь матери, а протирание пыли и другая мелка работа не истощала меня. Только хозяйка будто ненавидела меня, поэтому я избегала ее. как могла. Через два месяца из господского дома нас выгнали, и мне так и не довелось узнать причины. Тогда я думала, что из-за свадьбы. Мать вышла замуж во второй раз за пьяницу и игрока.
Нового дома мы лишились и того раньше: не прошло и шести недель, как отчим сбежал из поселка, оставив на мать и меня долги. Нам бежать было некуда. Мать каждый день запирала меня в чулане, не позволяя выйти даже в коридор того дома, где мы жили после того, как за нами пришли, как за должниками. Она меня защищала от тех людей, а сама уходила рано утром и возвращалась на несколько часов глубокой ночью только для того, чтобы принести мне еды и хоть немножко поспать.
За три недели красива женщина иссохла, превратившись в древнюю старуху. Я не узнавала мать, плакала, умоляла ее дать мне возможность хоть чем-то помочь, найти мне работу… Тогда проявилась моя магия. Лучше бы ее не было. Мать не порадовалась за меня, а испугалась. И спустя годы я поняла, почему она была в таком ужасе. По закону империи каждый человек, наделенный магией, должен пройти обучение либо умереть. Обучали только на платной основе, и образовательные услуги были совсем не дешевы.
Скрываясь, я больше никогда не выходила из чулана и давила злые слезы, когда бесконтрольная магия разрывала меня изнутри. Кожа рвалась и залечивалась сама собой. Мне очень повезло, что я родилась целителем: если бы кем другим, то умерла бы от боли и кровопотери. Два года я скрывала от матери то. что со мной происходило до того самого дня.
Мать вернулась, едва солнце поднялось в зенит, и впервые привела с собой неизвестного мужчину. Тогда я подумала, что она снова выходила замуж, и была рада: даже в доме отчима до его побега было лучше, чем тогда. И я бы смогла пойти учиться, а не сходить с ума из-за ежедневных ранений.
Он представился Таболом и пообещал, что выучит меня сам. без привлечения академии. Только так мы могли скрыть, что я два года провела, как неучтенный маг. Если бы правда вылилась наружу, то не поздоровилось бы не только мне. но и матери. Я помнила, как Табол передал матери мешочек с деньгами и взял меня за руку, чтобы навсегда увести меня из того дома, где мы жили. Но мать почему-то не шла за нами. Она осталась в том доме навсегда.