Я вспоминаю, что два дня назад звонила мама. Я не перезванивала. Не до этого было. Сейчас беру свой телефон, возвращаюсь на кровать. Гудки, гудки, они очень действуют на нервы. Я уже собираюсь сбрасывать, как слышу мамин голос.
— Да, Ань.
— Привет. Ты звонила.
— Да, хотел спросить, когда деньги переведешь, нужно отцу лекарства купить, долг соседям отдать. И коммуналка. Ты в этом месяце будешь оплачивать?
— Почему я? У тебя есть заработок, у отца пенсия, живите по средствам.
— Что? — мама явно опешила от моих слов. Я прикрываю глаза. Как-то надоело.
— Я говорю, что у меня нет возможности тебе помогать, поэтому крутитесь сами.
— Тебя уволили?
— Мам, — смеюсь, откидываюсь на подушки. — Нет, меня не уволили. Я сейчас на больничном, а потом уволюсь. Не вижу смысла работать.
— С тобой все в порядке? Что ты такое говоришь?
— Нет, со мной не все в порядке. Я вот думаю, у тебя действительно нет материнского чутья или тебе по фигу на меня, лишь бы деньги присылала? А, мам? Как же понятие, что мать чувствует, когда ее ребенку плохо? Может ты мне и не мать вовсе!
— Аня, успокойся. Что случилось? Почему ты кричишь?
— Я кричу? — понимаю, что действительно разговариваю с мамой на повышенном тоне. Я себе ранее такого не позволяла. Шмыгаю носом, несколько слезинок скатываются по щекам. Мы слушаем дыхание друг друга, я не в силах ей признаться в своей трагедии. Однаков, прорывает. О своем горе хочется кричать на весь мир, чтобы знали все: знакомые и незнакомые люди.
— У меня умер ребенок, — тихо выдавливаю из себя. Может быть после этого я смирюсь. Попробую смириться. Может быть, признавшись вслух, мне станет легче. И я не буду придумывать сериальный сюжет. Увы, облегчение не приходит, а вот невыносимая тоска надвигается на меня как ураган. Я хватаю ртом воздух, а вздохнуть не получается.
— Доченька, как так? Почему ты молчала? Девочка моя, как же ты там одна? — мама начинает причитать в трубку, от ее жалости на душе легче не становится, но вот еще один человек теперь за меня переживать.
— Я не одна. Со мной Никита.
— Никита? Это отец ребенка? — на секунду задумываюсь. Маме не нужно знать все тонкости.
— Да, отец и мой муж.
— Ты даже замуж успела выйти и ничего не сказала! Аня! Как так? — я качаю головой. С мамой никогда не была близка. Мама и дочка, но вот чтобы вывернуть ей душу наизнанку желания нет и сейчас не возникает. Я уже жалею, что проболталась о ребенке, о замужестве, но слов назад не воротишь.
— Извини, мам, так получилось. Я постараюсь приехать. С деньгами пока не могу помочь.
— Да Бог с этими деньгами. Береги себя. Звони чаще, не забывай нас.