— Давай, девочка, всего пару глотков.
Мне протянули бронзовую чащу, украшенную витиеватой росписью с дымящимся содержимым, и ободряюще улыбнулись. Запах у жидкости показался сомнительным. А я ведь даже не видела, когда её наполнили. Может какой-то дурманящий отвар? А что, я бы не отказалась. И ведь понимаю, что дальнейшее неизбежно, но успокоиться не получается.
— А теперь смотри мне в глаза, — забрав чащу и удерживая мой подбородок мягко, но непреклонно заявил Акайо. — Расслабь попку, девочка, Атсуши тебя немного растянет.
В этот момент поясницы коснулась тонкая холодная струйка, стекая по ягодицам и нервируя ещё больше. Я дёрнулась.
— Так не пойдёт, Цветочек, — подал голос Кэйташи. Неслышно приблизился и нежно погладил по спине. Но только для того, чтобы в следующую секунду опустить большую горячую ладонь мне на левую грудь и сжать её. Правая, судя по тому, что ладонь была меньше и немного шершавая попала в плен Норайо.
В голове загудело, и тело потихоньку становилось ватным. Кажется, этот факт устраивал всех братьев, потому что Атсуши погладил колечко ануса и немного надавил. Совсем чуть-чуть, где-то на половину фаланги пальца. И этого хватило, чтобы я отвела взгляд от Акайо, сжалась и приготовилась к худшему.
— Не отводи взгляда, — резко приказал Акайо. — Девочка, мы же не хотим, чтобы ты билась в истерике, правда? Печать рода проявится только в случае консуммации брака в течение часа после озвученных клятв.
Палец, так остро ощущающийся моей попой вызывал скорее дискомфорт, чем боль и я снова попыталась расслабиться. Сконцентрироваться на Акайо и если получится — отрешиться. Без разницы куда смотреть, хоть в глаза, хоть на стену в одну точку. Только вот я не учла одного: взгляд старшего из братьев действительно был странным. Как и тогда на подмостке или же ранним утром в лесу, когда мы проснулись вместе, нагаасур словно гипнотизировал, подчинял и не давал противиться своей воли. Меня неуловимо затягивало вглубь медленно чернеющих глаз. В памяти всплыл разговор про безопасность мужчин и то, что Акайо в принципе магией не владеет. Но если это не она, то что? Единственный из моих мужчин без рожек на голове с длинными ядовитыми клыками. И если его демоническая половина спит, то, что будет, если она, не приведи богиня Мать, проснётся? Не знаю, что отразилось на моем лице, но Акайо сбился, разорвал контакт и, моргнув посмотрел на меня совершенно растерянно и недоуменно.
Что-то мягкое и влажное коснулось внутренней стороны бедра, оставив мокрую дорожку, продвинулось вглубь и медленно раздвинуло мои складочки.