— Давай-ка мы с тобою кое-что обсудим… Скажи мне, сколько это будет продолжаться?
— Что именно? — она не поднимает глаз. И точно знает, о чем идёт речь. Но не спешит давать ответ. И я от этого зол ещё больше! Но объясняю, не желая отступать!
— Сколько ещё ты будешь смотреть на меня, как сейчас? Сколько будешь отворачиваться, дрожать и сжиматься от моих касаний? У меня небезграничное терпение! И, мать твою, я действительно стараюсь не давить! Стараюсь угодить, расположить, понравиться, что ли? Хотя тебе, как никому другому, должно быть известно, что эта моя инициатива не есть обязательным порядком! И так, я жду ответа, Канарейка!
Она замялась, поникла, на момент, и мне даже показалось, что я местами перегнул. Хоть бы хуже не стало… Но девочка вдруг разровняла плечи, посмотрела прямо мне в глаза, с вызовом! И заговорила уверенно, дерзко, словно и сама хотела высказать всё, что терзало ее изнутри.
— Простите! Я знаю о своих правах и обязанностях! Только с меня плохая актриса! Я не могу изобразить, словно вчерашним вечером ничего не произошло! Это меня съедает! Просто… Я хочу, и сама хочу быть с Вами прежней! Но, тот выстрел… Тот мертвый мужчина… У него ведь тоже была своя жизнь! Семья, друзья, близкие… А вы всё это отняли без грамма сожаления! На глазах у всех! И улыбались… Как можно улыбаться, убивая?! — Эти слова… Они спонтанны, необдуманны, эмоциональны. Но это то, что скрывалось в невинной душе. То, что не корректировали, не слагали… а сама суть, весь вихрь терзающих мыслей… Что ж, мне есть что сказать в ответ. Вернее, показать.
— Значит, я бездушное чудовище в твоих глазах? Ты теперь так меня видишь? Хорошо… В таком случае, позволь показать тебе кое-что. И мы посмотрим, на сколько хватит твоей ангельской натуры.
Канарейка
Хозяин поднялся, взял меня под руку, и мы пошли к ступеням, ведущим в подвал. Я раньше здесь не бывала, и не имела ни малейшего представления, что может в нем находиться такого, что перевернет моё отношение к вчерашней ситуации… Только, дурное предчувствие не покидало. Он крепко меня держит, идёт уверенно, сохраняя холодное спокойствие. И эти чувства отдаются в душе, расслабляя, глуша вспышки страха. Но, только открылась дверь, сырость помещения задела обоняние, а темень неосвещенного периметра напомнила страшные истории, которые мы с девочками рассказывали друг другу на ночь- и беспокойство вернулось, в более многогранной палитре… Инстинктивно крепче сжала его руку, быстрее зашагала, чтобы следовать относительно быстрому темпу, не отставая.
— Не переживай. Тебе здесь точно ничего не угрожает. Возможно, кому-то другому. Но, это решение примешь ты. Если скажешь- я отпущу подонка на свободу, но, если нет… Тогда не всегда убийца является чудовищем!