— Окей, — по-хозяйски осмотрелся, — хорошую ты себе норку подыскала.
— С тебя, кстати, пятьдесят процентов за аренду.
— Угу. А плавать голышом будем?
— Разбежался.
— Ну, не сегодня так не сегодня, — и пошел к своей сумке, из которой вытащил плавательные шорты. — Последний раз я в отпуске был… — наигранно задумался, — пожалуй, никогда, — после чего совершенно спокойно стащил с себя джинсы с трусами.
— Он у тебя всегда в таком состоянии? — глянула на волчье хозяйство, находящееся сейчас в весьма приподнятом «настроении».
— Ты же рядом.
— Ой, всё, — и отправилась в спальню переодеваться.
Целую неделю с ним под одной крышей! Как я выдержу? Он ведь не успокоится, пока не поселится в моей кровати. Чувствую, шерсть будет лететь клочьями, ибо никаких больше церемоний. Если Назаров начнет наглеть, узнает каковы на прочность зубы пантеры. Вот вгрызусь ему в задницу, посмотрим, как запоёт.
Через минут десять мы вышли из дома.
— И как тебе удалось оставить свою империю вместе с невестой? — натянула на голову панамку в ромашках.
— А у императора есть помощники. Что до невесты, то моё отсутствие ей только в радость,
— в свою очередь нацепил солнечные очки.
— Кстати, у тебя плечи и спина рыжие. Быстро обгоришь.
— Так намажь меня кремом.
— Слушай, тебя совсем не волнует, что по возвращении к нам может возникнуть масса вопросов? — достала-таки из пляжной сумки солнцезащитный крем. Лечить хвостатого от ожогов мне совсем как-то не хочется.
— А я сейчас в Сочи, например. У меня там один из филиалов открывается. Где ты, понятия не имею.
— Н-да, какой же ты кобель, Назаров.
— Не согласен, — сел на лежак.
И выдавив на пальцы побольше крема, начала натирать им назаровские телеса. Блин, это так приятно, так классно. А когда повела ладонями по рельефной груди, Андрей схватил за руки.
— Рамонова, ты ведь занимаешься самообманом, — пропустил свои пальцы через мои. — Я тебе нравлюсь. И не отрицай. Если мужик не нравится, самка никогда не потечет, уж извини за очередную грубость. А ты уже мокрая.
Сволочь ты, Назаров! Ой, сволочь! Но как же хочется потереться о тебя, поластиться, пропитаться тобой.
— Как говорится, от здоровой уверенности до нездоровой самоуверенности один шаг, Андрей Александрович.
— Какие умные слова, Дарья Леонидовна. Никак сама придумала?
— Из настольной книжечки афоризмов вычитала.
— Ты там закончила? Или, может, еще что-нибудь натрешь? Что-нибудь выпирающее.
— Что-нибудь сам себе натирать будешь, похотливое животное.
— Я имел в виду нос.
— Плоский у вас юморок, — обошла его и размазала остатки крема по носу и щекам.