— Как хорошо, когда тебя понимают с полуслова, — восхитилась Аня. — То, что доктор прописал.
— Это можно исправить, — Слава подошел к ней вплотную. — Прямо сейчас.
Аня демонстративно отвернулась, избегая его дыхания.
— Стой! У тебя упора нет, так ты его не вытащишь, сам свалишься. Ложись на живот и хватай его за руки выше локтей. Слав, а ты цепляйся за него, подтягивайся и выбирайся левее.
— Если кар еще не полностью разрядился, можно посмотреть в навигаторе, — предположил Вася.
— Я бы вообще подождал до вечера. Это ты с голода умираешь, вот и возись сама.
Она собрала в кучку сухой мох, огляделась по сторонам и радостно взвизгнула, увидев на стволе дерева трутовик. Несколько выбитых искр запалили гриб, от него занялся мох, сухая трава и веточки. Вскоре на поляне пылал вполне пионерский костер. Или партизанский.
Он расправил и встряхнул крылья, которые казались непропорционально маленькими для грузного тела, и взлетел над поляной — тяжело, как объевшийся нектара шмель.
Они были примерно одного роста, но в разных весовых категориях. Вася — по-юношески стройный, гибкий. Слава — мужчина в самом расцвете, с идеальной фигурой атлета, еще чуть-чуть — и уже был бы перебор. И в прямом противостоянии его преимущество было бы очевидно. Но сейчас, пережив смертельный ужас, он, что называется, поплыл.
Все. Больше никаких эротических моментов. Хватит.
— Только днем. Зато ночью…
«Проо… грааммаа… уу… правлее… ния… активии… рованаа… — гнусаво проквакал голос системы. — Выбее… бее…»
— Примерно здесь, — сказал Слава, подвигав карту и увеличив нужный участок. — Где-то в этом квадрате я вышел на шоссе, а до этого шел километра два по лесу с востока.
— А наживка? — спросил Вася.
— Собрать тебе? — брезгливо поморщился Слава. — Есть будешь?
— Горная подготовка. Нас этому учили, — пожала плечами Аня. — Это еще ерунда. Можно было и по-другому. Я бы легла на живот, он схватился бы за мои запястья, а ты тащил бы меня за ноги. Но тебе пришлось бы тянуть фактически двоих, а у меня были бы нехилые синяки. На руках и на ногах. Самый капец, когда тяжеленный чувак висит вот так, уцепившись за куст, но от края до куста метр или больше. Или не за куст, а за выступ какой. Вы вдвоем, ни упора, ни веревки.
— Свежуйте, — она бросила суслика подошедшим спутникам. — А я огнем займусь.
— Я уже заметила, что ты любишь употреблять умные слова из интернета, плохо представляя, что они означают. Нет, скорее, когнитивный диссонанс.
— Короче, разлом — сколько видно глазу с высоты драконьего полета. Похоже, вся эта часть страны от остальной отрезана. И это, надо думать, неплохо. Потому что затрудняет операцию по нашей поимке. Либо наводить переправы, что небыстро, либо использовать авиацию. А авиацию использовать невозможно, потому что нет энергии. Значит, мы спокойно доберемся до водяного, а там уже обсудим. Ну что, ключ на старт — и полетели?