— Как где? — удивился Слава. — Во дворце, где еще.
Одним движением Аня приспустила до колен штаны вместе с ненавистными стрингами и на мгновение заколебалась, рисуя ногтем на бедре круги и квадраты. Потом стряхнула с ног сапоги, стащила одежду и быстро вошла в воду.
— Знание прецедентов никогда не помешает, — дракон флегматично хмыкнул струйкой дыма.
— Тогда какого черта?
— Все, Слава, закончили, — сказала Аня, оттолкнув его. — Лучше уйди, пока не пожалел, что на свет родился.
Несколько секунд он стоял неподвижно, словно надеясь, что это шутка. Потом сплюнул, сказал пару не самых цензурных слов, развернулся и пошел к костру. Аня почувствовала, что ее не держат ноги, и поспешила сесть, едва не промахнувшись мимо пня.
Большими пальцами он медленно провел по ее горлу, от ямочки у ключиц до подбородка, и она невольно запрокинула голову. Прикосновение губ на этот раз было совсем другим — настойчивым, но мягким, неторопливым. Сердце бешено колотилось, в горле пересохло, словно вся влага из него ушла в противоположном направлении — в другую часть тела. Аня даже не заметила, что отвечает на поцелуи, сначала как будто нехотя, потом все с большим и большим желанием…
Недослушав, Слава притянул ее к себе. Его язык с силой раздвинул ее губы, скользнул внутрь. Тряхнув головой, Аня резко высвободилась.
— Я тебе, Анна, не советчик, — сказал он наконец. — Подумай хорошенько. Конечно, оно каждый кузнец своему счастью и копец своей могиле, но… Мне было бы жаль, если б такую красивую и умную девушку повесили или четвертовали.
Она закрыла глаза и уткнулась носом в колени.
— Где-то я тебя могу понять, — кивнула Аня. — Зависимость — это зло. Привязанность
— Нет! — отрезала Аня. — Хватит!
Если не я, значит, никто. Если не я, все останется по-прежнему. Пусть даже в мелочах что-то изменится.
Выпив стопку и закусив соленым грибом, Аня задумалась.
— совсем другое. Извини, но…
— Вообще-то мы еще ничего не решили, — сказала она.
Да-да, Слава продолжал бы насиловать трусливых мокриц, дракон — жрать тех, которые не прошли отбор, а жители Темного королевства — благоденствовать с промытыми мозгами. Под управлением бессмертного кукловода, который сидит в своей тайной норе, как паук в паутине. Потому что чертова энергосистема не только заряжает технику и управляет климатом, но и дает настоящему хозяину возможность дергать каждого за ниточки. Кого-то сильнее, кого-то слабее. У кого-то есть силы хотя бы по минимуму пойти против системы, как у Эмерис Бриссе или Родольфа, но большинство полностью в ее власти.
— Это только в твоих идиотских романах героиню всю ночь трахают в темноте, а она утром задает себе вопрос: кто же это был, постылый муж или желанный любовник.