— Я вас всех ненавижу! — стиснула зубы Алекса.
— Расторгаю наш брак! — заявила Алекса, стиснув зубы. — Не подходите ко мне, герцог и не пытайтесь…
Встав на перила, герцогиня бросила взор в пропасть. Алекса решительно намеревалась закончить свою жалкую жизнь здесь и сейчас, но дверь за спиной открылась, и муж вошел в спальню.
— Мне сказали о любви перед отъездом… — промолвила она в пол голоса. — Я думала вы меня…
— Я клянусь тебе перед взором всевышней силы в любви, заботе, верности и покорности. Ты стал моим желанным супругом, с которым я пройду свой жизненный путь. И пусть наш брак станет самым счастливым от нашей крепкой любви, подаренной друг другу.
— Вы забрали меня из дома, чтобы взять…
— Предстаньте на колени, дети перед всевышней силой, и поклянитесь ему в своей верности. Так вы покажете спутнику жизни, что ваши намерения не возымеют греха.
Потом они стали её одевать. Сорочка была шелковая, как носила мачеха, а платье белое платье пошили шелковым. Короткие рукава открыли руки и шею, вырез на спине почти касался ягодиц, но его прикрывали кружева, а широкие юбки пришлось подшивать прямо на теле в поясе — они все время сползали, оголяя ягодицы. Белые туфли с толстой подошвой и длинными каблуками подняли герцогиню на несколько сантиметров, позволяя платью тоже немного подняться.
— Хотите поговорить? Ладно! Вы меня игнорировали всю дорогу…
Герцогиня встала с пола, полная решимости выпрыгнуть с балкона на холодные камни. Хватит терпеть унижения, уж лучше закончить свои страдания, чем идти на поводу у таких жестоких людей. Отец отдал опасному человеку, муж отверг первую в брачную ночь, а королева…
Ступая ближе, герцогиня услышала шепот между Розой и Джеком — они одобрительно отнеслись к нарядам жениха и невесты, но больше остального начали нахваливать саму церемонию: тихую, спокойную и достойную семьи герцога.
— Чтобы защитить от гнева королевы.
Пришло время остальных подарков. Алекса вскинула брови, увидев свои дары на свадьбу. На алой подушке принесли украшения: в центр положили серебряную цепочку — в оправу вдели темный сапфир размером с фалангу, рядом лежали два серебряных браслета на запястья, три кольца с изумрудом, алмазом и сапфиром. Кольца заняли два безымянных пальца и указательный палец на правой руке. С такими дарами пальцы скоро закончатся и на ногах. Еще остались две блистающие серьги, но Алекса их отвергла, потому что нужно сделать дырки в ушах. Украшения и без того тяготили, выставляли наряженной куклой и вызвали смущение.
— Сладких снов, трусливый котенок.