Приехала, полыхая сине-красными мигалками, скорая, и я с благодарностью посмотрела на держащего меня за руку Романа. Почему-то подумалось, что обычно скорые не приезжают на вызов настолько быстро.
Бабушка Романа уехала через неделю на его желтой машине, той самой, убедившись, что у нас с ее внуком полная гармония. И, что больше всего меня удивило, она извинилась за свое поведение в коридоре возле кабинета директора и пообещала больше не вмешиваться в наши отношения.
Ну а за исключением этого досадного момента, сама я наконец просто наслаждалась жизнью.
– Инна!? Что ты тут делаешь? Уже третий час ночи! И дискотека давно закончилась, – то ли испуганно, то ли взволнованно спросил Никита.
– Ты ничего мне не должна. Я и так все знаю, Зоя, – ледяным тоном ответила я и добила: – Надеюсь, этот обман того стоил. Но, раз уж у тебя появился парень – пусть и таким… образом – то подруга тебе больше не нужна, верно?
Мы пару минут рыскали лучом фонарика по стеллажам кладовки, пока случайно не выхватили знакомый уголок бумаги – разумеется, на верхнем стеллаже. Интересно, как наша уборщица – невысокая и полненькая баб Катя – умудрилась засунуть его так высоко?
Злой умысел?
– Ты думаешь, она… – ошарашенно пробормотал парень.
У меня их не было. До этого самого момента…
Проснулась от какого-то странного шороха и возни. Открыв глаза и заметив щелочку приоткрытой двери в кладовку, из которой пробивался неяркий свет, я буквально взвилась с импровизированного бумажного ложа.
Ох, не нравились мне эти недомолвки, но усугублять ситуацию и доводить дело до ссоры тоже не хотелось. Я немного поныла, покапризничала, но все же убедила Романа, что переодеваться не стоит, и мы отправились на прощальный вечер. И все вроде было как обычно: мы держались за руки, танцевали, обнимались, украдкой целовались, стараясь не особо светиться перед всеми, но в то же время как будто что-то царапало внутри…
Мне очень хотелось поехать вместе с подругой в больницу, но разрешили только Никите, который, как только заметил машину неотложки, подхватил девушку на руки и помчался навстречу врачам.
– Мне нравится эта идея, – прорычал он, а затем через силу отодвинулся и подтолкнул в сторону жилого корпуса. – Ох… Но ты еще не готова. Так что иди переодевайся, а я жду тебя тут.
– Почему?! – сорвалась я, заглядывая ему прямо в глаза в попытке прочитать там правду, даже если она будет горькой. – Потому что тебе нужен кто-то другой?
Он – парень. А многие парни нелогичны в поступках по отношению к своим девушкам. И мне вот теперь интересно – мог бы Роман пожертвовать той гармонией и ощущением какого-то постоянного, перманентного счастья ради удовлетворения приступа плотского желания?