Муаррат внимательно слушала эту чушь и даже послушно смотрела в небо, когда рассказ коснулся небесных тел.
— А у нас — две луны, — внезапно сказала девушка и взяла меня под руку. До этого спутница просто шла рядом, сунув руки в карманы, — правда, они не такие большие, как ваша. И не такие яркие. Иногда, когда они становятся близко друг к другу, похоже, будто с неба кто-то смотрит. Говорят, что это — час влюблённых и само небо благосклонно глядит на их счастье.
— Красиво, — сказал я и попытался представить, как это может выглядеть. Совершенно неожиданно в голове появилась картинка угольно чёрного неба с редким, но очень яркими звёздами. И над смутным призраком далёкой горы висели два небольших жёлтых кругляка. Действительно, очень похоже на глаза. — Реально красиво, спасибо.
— Не думала, что получится, — Муаррат неожиданно, на несколько секунд, прижалась ко мне. — У себя мы, по большей части, говорим обычно, словами, а мысли передаём только самым близким. Ну, тем, от кого нечего скрывать. Луарра говорил, что это — неправильно. Именно близкий способен ударить в самое уязвимое, незащищённое место, потому что знает, куда бить. Не знаю…
— Если не доверять близким, то кому доверять вообще? — я посмотрел в глаза девушки, и она ответила мне таким же пристальным взглядом. Оба одновременно споткнулись. — Извини.
Чувства предавали. Я отлично понимал, кто идёт рядом, помнил слова Веры, о том, что мёртвых вернуть невозможно, но…Чёрт побери, тот вечер, когда мы гуляли у реки, стоял перед глазами, словно это происходило вчера! И мы точно так же прижимались друг к другу. И так же спотыкались, когда пытались ловить взгляд спутника.
Только в этот раз ощущение близости казалось возросло десятикратно. Потому что, когда находишься на одной волне с любимым человеком, это…
— Ты действительно меня любишь? — спросила Муаррат. В голосе девушки не чувствовалось сомнение. Только какая-то лёгкая печаль. — Или продолжаешь путать со своей Марией? Саша — это очень важно, для меня. Можешь сказать?
Я попытался понять, хоть это и оказалось нелёгким, почти невозможным занятием. Логика подсказывала, что я продолжал видеть в Муаррат погибшую жену. И тогда я послал логику куда подальше. Потому что ей тут было не место.
И вообще, разве о таком можно думать логически?
И говорить?
Я остановился и Муаррат тоже замерла на месте. Мы смотрели в глаза друг другу. От меня определённо ждали чёткого ответа. И я постарался его дать. Хоть и понимал, что запросто могу получить оплеуху. В общем-то, вполне заслуженную.
Но я просто взял и поцеловал Муаррат в губы. Девушка не ответила, но и отворачиваться не стала. Только вздохнула.