Не получив ровным счетом никакой ответной реакции, шумно фыркнула и, развернувшись, собралась вернуться в вип-зал, но от резкого движения голову прострелило острой болью. Покачнулась, прижав пальцы к вискам. Странно, никогда раньше я не страдала мигренью… С этим Углицким никаких нервов не хватит!
Влад молниеносно оказался рядом, придержал меня за талию и осторожно провел к одному из плетеных кресел, помогая расположиться в нем. А сам присел на корточки напротив, не сводя с меня напряженного взгляда. При этом аккуратно обхватил мои кисти, сложенные на коленях, своими широкими ладонями.
— Тебе плохо? Голова болит? — участливо спросил он, удивляя меня таким неожиданным отношением. — Перенервничала?
— Думаешь? С чего бы мне нервничать, у меня же все прекрасно! — съязвила я, тщетко пытаясь придать невозмутимости своему дрожащему голосу. И поспешно вытащила свои руки из бережной хватки Влада.
— Марина, я пытаюсь помочь, — строже сказал Углицкий.
— Да, наверно, это нервы, — послушно согласилась. — Я очень устала сегодня, вот и голова разболелась. Все оказалось сложнее, чем я ожидала, — с досадой закусила губу.
— Хорошо, — поднялся Влад и протянул мне ладонь. — Давай отвезу тебя домой.
Ошеломленно уставилась на него, пытаясь найти подвох в таком поступке. Наверно, жених понял, что сегодня я уже не боец — и только все испорчу. Ну и замечательно!
— Куда это вы? Нельзя сейчас покидать праздник! — прогромыхал откуда-то сбоку противный рев Петра Петровича, и я обреченно закатила глаза, что не укрылось от его внимания. — Понятно… Да она манипулирует тобой, Влад, специально хочет все испортить!
Углицкий молча подошел к своему дяде и что-то тихо ему проговорил. Даже в темноте я заметила, как искажается лицо Петра Петровича.
— Будь по-твоему, — рыкнул дядя, стрельнул в меня яростным взглядом и ушел прочь.
Размеренным шагом Влад вернулся ко мне и, взяв за локоть, увлек за собой к выходу. Благо, из внутреннего дворика «на волю» вели отдельные ворота, которыми мы и воспользовались.
Подумать только, мы сбегали с собственной помолвки! Но я порадовалась, что не придется идти мимо любопытных родственников и что-то им объяснять.
— Уверен? — с легким налетом вины спросила Углицкого, и ему не потребовалось уточнений.
— Да. Ты едешь домой, — в привычном командном тоне отчеканил жених. — А потом я здесь сам разберусь, объяснюсь со всеми. Хватит с тебя на сегодня, отдыхай, — продолжил он чуть мягче. — И да, ты права, нам с тобой нужно будет обсудить некоторые… моменты.
Когда мы наконец скрылись в салоне автомобиля, Влад вдруг бесстрастно сообщил: