Вытащив шест, усиленный в нескольких местах широкими кольцами из какого-то темного металла, напоминающего бронзу, я крутанул его в руках, проделав несколько движений из малого разминочного комплекса. Шест загудел в воздухе. Что ж, неплохо. После тяжеленного тренировочного шеста Рунса, выточенного из железного дерева, этот шест летал, как перышко.
— Ты заставляешь себя ждать, Нолти! — послышался окрик Мэрилла, и я, крутанув шест еще пару раз, направился к клетке.
— Эй, Нолти, врежь этому уроду! — раздался вдруг в напряженной тишине гимнасиума чей-то голос. Я повернул голову в сторону строя первашек и увидел, как в приветствии поднял сжатый кулак гоблин с татуированным лицом.
— Да! Замочи этого гада! Вали его, Нолти! — раздалось со всех сторон. Надо же, не ожидал, что хоть кто-то меня поддержит. Гвалт нарастал, и Мэриллу пришлось прикрикнуть на разошедшихся учеников, дабы их успокоить. Я подошел к дверце бойцовской клетки и разулся. Арена была покрыта мелким красноватым песком, и босиком было надежнее. После стянул через голову куртку, оставшись голым по пояс, аккуратно ее свернул и положил поверх обуви.
— Руки, Нолти, — сухо скомандовал Мэрилл. Черт, совсем из головы вылетело. Браслеты. Их полагается снять перед боем. Я уже настолько привык к этим «украшениям», что просто не обращал на них внимания. Эльф повел рукой над аргитовыми наручниками, и те, вспыхнув на мгновение выдавленными в металле знаками, с легким звоном раскрылись и упали на пол. Хм… И что? Никакой разницы я не почувствовал. Впрочем, эти браслеты призваны не допустить использовать магию их носителями, а я — наоборот, ее впитываю.
Я вступил в клетку, неотрывно глядя на соперника. Ангел, как и в прошлый раз, стоял практически не шевелясь, но я знал, насколько обманчива эта неподвижность. Мгновенно переходить от полной расслабленности к взрыву — это искусство, подобное японскому иайдзюцу — древнему искусству мгновенного обнажения меча, — и учитель Рунс только-только стал подводить меня к основам. Два глубоких вдоха, один долгий выдох. Концентрация. Посторонние шумы, крики учеников, все лишнее исчезло. Восприятие обострилось, время стало течь медленнее. Первым нападать я не буду, такой опрометчивой ошибки, подобной той, что совершил тот горг, я делать не собираюсь. Понятно, что стоять все это время ангел не станет, но я потому и выбрал посох, чтобы держать светлого на расстоянии. Надеюсь, моя стратегия сработает, иначе я покойник.
Дверца клетки захлопнулась, и я остался наедине со своим противником. Тот продолжал стоять, ссутулившись и опустив голову, и казалось, что он не видит и не слышит ничего вокруг.