Ко мне императрица в этот вечер больше не вернулась, но прислала записку. Всеслав Реверовский, язычник, посвящённый Чернобогу, был убит при попытке к бегству. Убит его преосвященством.
Значит, Реверовский в самом деле прятался у Ровэн…
Я ждала Виена до поздней ночи, понимая, что скорее всего, он не придёт. Ему нужен отдых.
С этими мыслями я и заснула…
А проснулась от чьих-то фривольных поглаживаний!
— И давно ты не спишь?
Недовольный. Бурчащий. Но живой. Во мне словно разжалась невидимая струна. Тихо взвизгнув, я повисла у него на шее, обнимая руками и ногами.
— Ты пришёл! — промурлыкала, широко улыбнувшись. Инквизитор, кажется, растерялся от моего напора и тоже попытался улыбнуться, но я не дала. Просто коснулась губами губ… и видно, у Виена сработал хватательно-целовательный рефлекс.
Все разговоры мы благоразумно отложили до утра.
Праздничная зала горела сотней блестящих огней. Сегодня был "маленький" приём во дворце кардинала, а завтра императорскую чету ждал в гости король. Я грустно улыбнулась — мои валесские каникулы подходили к концу. Данимира не остановил даже договор с академией. Я имела смелость заикнуться о неустойке и правилах, но брат только отмахнулся. Пусть посол ознакомится с договором и если нужно — выплатит необходимую сумму. Кардинала такой ответ вполне устроил, а я обиженно шмыгнула носом. Ну какая уже разница, где ждать свадьбы?.. Но братец был непреклонен — дома.
Свадьба в последний день лета.
Услышав эту новость, я почти натурально взвыла. Больше четырёх месяцев! Не то, чтобы я очень рвалась замуж, но в Валессе у меня остались друзья, академия, Виен! Я столько не выдержу без него, а он утешится с какой-нибудь очередной помощницей! Мужчины же такие ветреные!
Пока Дан и потенциальный жених переваривали новость, кардинал со смешком предложил вернуть меня в Валессу на месяц, в середине лета. Якобы Ольге всё равно придётся сдавать экзамены для академии. Под давлением аргументов Данимир сдался, а я смирилась. В конце концов, полтора месяца разлуки — это не четыре.
У нас есть ещё два дня.
— Его величество, император Данимир Лесовской… — возвестил церемонимейстер. Имерская делегация вплыла в залу под фанфары.
— Её высочество, княжна Ольга Лесовская.
Выпрямив спину, как и положено княжне, я вошла в зал вслед за семьёй. Наряд на мне был уже не валесский, имперский. С закрытыми ключицам, удлинённым лифом, украшенным жемчугом и кружевом, и пышной юбкой. Волосы чинно уложенны в ракушку, а на макушке переливалась драгоценными камнями корона-гребень. В этом облике я напоминала себе не юную девушку, а мать семейства, но Марго одобрила.