— Вкусно?
Ньельм последовал за мной. Замер в двух шагах, не отводя глаз. Пришлось отвернуться. Шиш ему, а не обед. Если бы он не потешался все утро над Лилеей, я бы, возможно, поделилась, а так… Обойдется.
— В гильдии кое-что болтают.
Поскольку мое внимание полностью занимала рыба (очень надеюсь, что со стороны выглядело именно так), я не проявила интереса. Поспешно обобрала одну рыбешку, перешла ко второй…
— Это ты украла сердце Барра из сокровищницы Тавенны.
— Угу.
— Не отрицаешь?
А смысл? К тому же чисто технически он прав. То есть забирала я золото, причем не из казны, и знать не знала ни о каких потусторонних сущностях и драконах, однако кто будет разбираться в деталях?
— Прошло семь лет. Сердца дракона давно не существует, Барр вернулся к жизни. Зачем мне притворяться? Тем более, перед тобой?
— Значит, признаешь, что это тебя прокляли вместо тавеннской княжны?
Я поперхнулась костью. Нет, не потому, что он изрек нечто запретное и возмутительное. Мое прошлое уже неопасно, о нем спокойно можно говорить вслух. В Суши — не в Тавенне. Но… Это было больно. Сколько я ни убеждала себя, что давно забыла о той истории, любое упоминание о ней заставляло сердце сжиматься. Нельзя просто взять и вычеркнуть большую часть жизни. Нельзя!!!
— Меня не проклинали, — тихо произнесла, откашлявшись.
— Почему?
— Во мне не было княжеской крови.
— А-а-а…
Я бы охотно швырнула в него и еду, и разделочную доску. Что еще за понимающее «А-а-а»? Он ничего обо мне не знал, кроме слухов и домыслов! Богатенький мальчик, которого не устраивало золотое будущее и которому хотелось всего и сразу! Кто дал ему право сочувственно кивать головой? Мне не нужна его жалость!
— Вали отсюда.
Получилось грубо, любой бы задрал голову и ушел. А колдун медлил. Зырил на меня как на двухголовое чудище и топтался на месте.
— Расскажи, — попросил неожиданно.
— Тебе-то что до Тавенны?
— Интересно.
Мне понравилась откровенность. Он не делал вид, будто его трогала моя судьба. Любопытство — вот единственное, что двигало Ньельмом.
— До восемнадцати лет я считала себя княжной. Потом узнала, что растят меня лишь для того, чтобы обмануть колдунью. Атайю Тавеннскую должны были проклясть в день совершеннолетия, об этом весь город судачил. С проклятьем не сложилось, и я ушла. Прихватила немного денег, случайно забрала сердце Барра. Ну как, увлекательная история?
Кислая рожа колдуна свидетельствовала о том, что рассказ его не впечатлил. Я усмехнулась сама себе. И поделом. Предполагалось, что начну делиться чувствами и в красках расписывать весь тот кошмар, в котором жила после возвращения настоящей княжны? Не дождется. Я смаковала свои обиды долгие годы, а теперь хватит. Буду смотреть в будущее — не в прошлое. Тем более, из участников тех событий в живых осталась одна я, спасибо Белому Дракону.