Не через пятнадцать минут, но через полчаса, воинство собралось. Леонов скомандовал построиться в одну шеренгу. Выстроились не по росту, ломаной линией. Понятно, авиация! Когда бог придумал дисциплину, авиация была на вылете. Оглядел разношерстное подразделение.
- Долго, долго собираемся! Времени нет совсем! Пулеметчики! На правый фланг! Те, кто с оружием встать рядом с пулеметчиками. Остальные налево. И по росту!
Небольшая толкучка, сравнение друг друга по росту, выстроились. Даже шеренга подровнялась.
У многих, откуда ни возьмись звездочки на пилотках. Вполне себе нормальные, с красной эмалью, остальные имеют действительно вырезанные из жести. Даже у гражданских на кепках такие.
Это уже не сводное отделение. Это взвод. Два расчета с пулеметами, четырнадцать человек вооружены винтовками, двое с автоматами, за плечами гансовские ранцы. Остальные с мешками загруженными провизией. Старший сержант вооружился парабеллумом. Второй у Карасева. Наган он отдал Фомкину, нашедшему себе гимнастерку с голубыми петлицами, на которых имелась 'птичка'. Ремни не у всех, некоторые перепоясаны веревками, мало было немцев, на всех не хватило.
Еще пять минут на разбивку по отделениям, назначение людей в передовой дозор и ходу!
Старший сержант Леонов, возглавил куцую колонну. Я поджигал бензиновые дорожки к складу боеприпасов, продовольствия, горючего. Потом бегом с этого страшного места!
Первое рвануло горючее. Периодические султаны, напоминающие грибы ядерных взрывов, вставали над складом ГСМ. Потом рванул не слабо склад бомб, ну а уж оставшиеся продукты и прочее, в виде небольшого склада запчастей и моторов, горели без таких шумовых эффектов.
Людей было сорок четыре человека: двенадцать авиаторов, пятнадцать стрелков, четверо танкистов, семь гражданских принимавших присягу, трое молодых пацанов и нас трое. Я, Карасев и Фомкин. Взвод! Уже подразделение Красной армии. Разношерстное конечно, десять человек не по форме одетые, но все же - солдаты.
Головной дозор, первое отделение в составе пулеметного расчета, четырех стрелков с винтовками и командира отделения, показавшегося мне наиболее смышленым, красноармейца Коротких Виктора Ивановича, родом из сибирского города Томска, вооруженного автоматом, шел впереди на удалении в полкилометра.
Впереди река Россь, железная дорога, и еще много километров до соединения с нашими.
* * *
- Товарищ замполитрука! Разрешите обратиться?
- Чего, Леонов?
- А Вы про общее положение что-нибудь знаете?
Наша куцая колонна, двигалась на восток, до реки оставалось пара километров, спасительного леса не было. Поля, поля. В небе раздалось гудение моторов.