— Я и не заметила…
— Херня. — успокоил он, зевнув. — иди ко мне, поделись одеялом.
Она с готовностью устроилась рядом с ним, укутала обоих мягким верблюжьим пледом. Как же было здорово заснуть в объятиях сильного, надёжного мужчины! Даже дискомфорт между ног перестал беспокоить, и о случившемся Влада ничуть не жалела.
Разбудил её среди ночи грохот, девушка испуганно села в постели, вглядываясь в темноту. Максим нашарил на стене переключатель лампы, и в слепящем свете предстало треснутое зеркало, высыпавшее из трюмо. Осколки сверкали алмазными крошками, в дверце шкафа зияла чёрная пустота.
Влада ощутила неприятный холодок.
— Плохая примета… — взглянула на Максима, который улёгся снова.
— Я в них не верю, маленькая, и тебе не советую. — отмахнулся он, принудив её лечь рядом. — полка вон свалилась, наверное, молния в карниз шибанула. Ну, хватит себя накручивать, давай-ка баиньки, мне вставать часов в пять надо. Дел вагон.
— Бабушка говорила, что зеркало бьётся к несчастью. А у тебя, смотрю, на все случаи жизни есть поговорки! — фыркнула она, зарывшись под одеяло с головой…
— Так не хочется уезжать. — вырвался у Владки горестный вздох. — хорошо у Вас, дедушка. Спокойно… И дышится легко.
Хоттабыч понимающе кивнул, деловито перекладывая горячие оладьи со сковороды на тарелку. По кухне разносился ароматный запах стряпни, к нему примешивался запах кофе и только что заваренного чая.
— Не ждёт никто в городе, да? — пытливые глаза старика встретились с взглядом девушки.
— Не ждёт. — подтвердила она, задумчиво жуя оладью, намазанную малиновым вареньем. — сирота я, дедушка. Мама умерла, когда я маленькой была, папу болезнь скосила. А мачеха думает, как бы у меня последнее отжать, из дому выгоняла, гнобила всё время после папиной смерти.
Он сел напротив, отхлебнул из большой кружки чёрный, без сахара, чай, похожий на чернильную вязкую массу, и подался вперёд, понизив голос:
— А Максимку-то, чего ж, в счёт не берёшь? — Хоттабыч укоризненно покачал головой, чуть заметно скосив глаза в сторону веранды, где курили Соболь и Рыжий. — смотрю, повеселел парень, а то ж вечно мрачный ходил. Вон оно как, девчина рядом — и живётся проще. Серьёзно у вас, Владушка?
Влада смутилась. Она не была готова к таким откровенным расспросам, и не знала, что отвечать. Неужели Хоттабыч что-то понял, или догадывается, в каких они отношениях? Хотя, какие, на фиг, отношения… Провели вместе ночь, разве это что-то значит.
— Он очень хороший человек. — уклончиво сказала она, чересчур сконцентрировав внимание на завтраке, чтобы не выдать своего замешательства. — мы и знакомы-то недолго. Максим мне помог, никто не помогал, а он помог.