— Не верю. Это не могло сделать его подлецом!
— Ну или в нашем мире что-то его исправило! Что-то, что тут ему только предстоит! — заумничал Кир.
— Я сейчас отключусь, — пробормотала я куда-то в рёбра Киру. — Может пора пар?
— Угу… — согласился Климов. Я нехотя отлепилась от него, позволяя встать и плеснуть на каменку ковш жижи из кадки. И только взвился пар и зашипела вода на камнях, я напряглась, опасаясь, что сейчас снова придёт Рус. Кир тоже не выглядел радостным.
Белый туман заволок комнату, коснулся моих ног… Я в ужасе их подтянула, но дым, точно живой быстро поднялся, окутывая меня полностью. И в тот момент, когда я его вдохнула… меня накрыла темнота.
* * *
“Как же хотелось эту тварь убить…” — Мысль громыхнула ещё до того, как открыла глаза. Это произошло в одно мгновение. Я осознала, что слышу чьи-то мысли. Именно слышу! Потому что эта звучала мужским тоном.
Любая женщина-теневик чувствительна к чужому сознанию и конечно же умеет контролировать свой на сто процентов. Поэтому, сложив дважды два, закрыла разум от посягательств извне.
На секунду затаилась, слушая тишину.
“Неужели она так слепа, что не видит очевидного?”
Сердце принялось дико скакать. Мы с Климовым были наедине. В бане… нас окутывал дым, но не непроглядный, просто как лёгкая дымка таинственности, магического тумана, в котором мы дремали.
Когда вырубилась, он видимо уложил меня на полок, устроив голову на деревянной подставке, а сам сел подальше, “вальтом” — подпирал бревенчатую стену спиной, сидя напротив меня. Одна нога была согнута в колене, другая вытянута вдоль стенки и касалась моего предплечья.
“Разве не видно сразу, что Рус… не такой как в нашем мире?”
Не таращилась на друга откровенно, но подглядывала из-под прикрытых век.
“Я вот сразу вижу — говно дело! Почему она слепа?”
То что слышала именно Кирилла — неоспоримо.
“И правда так его любит, что готова на любого? Это же ненормально. Зачем нужен другой Рус? Просто тело забить душой, похожей… Бред конечно. Если любишь, любишь единственного. Одного на все миры. Или каждого, но ты — того мира. И так в каждом — это и есть та самая пресловутая парность душ! И Кирюшка, как крот слепой, ползает, скребётся, дико хочет то, чего нет… Вот как до неё достучаться? Может встряхнуть?..”
Он думал гневно, нервно, радикально. Как революционер и отъявленный борец за справедливость, а ещё… похотливо. Я чувствовала его желание, мысли были просто окутаны невероятной сексуальной энергией, от которой и моё тело невольно полыхнуло.
“Встряска ей бы пошла на пользу. И взгляд со стороны. И другой мужчина… Точно! Ей нужен секс, но не с Русом!”