Впервые возвращение в офис стало настоящей пыткой. Леру буквально выворачивало наизнанку при мысли, что придётся спать с Аджиттом. Больше это не было работой. Это стало чем-то неправильным, уродливым по сути. Последняя из Клана Белых драконов, та, в чьих жилах течёт древняя кровь, возможно, одна из сильнейших в Алтейе, вынуждена выполнять прихоти Чёрного дракона, раздвигая ноги по первому его требованию. Всё её существо бунтовало против этого, и Лера впервые засомневалась, что сможет пройти до конца.
Чёрная сила, густая и тяжёлая, окутала её задолго до того, как Аджитт вышел из лифта. Не глядя в её сторону, он прошёл в кабинет, но Лера не обнадёживалась — он едва ли захочет отказываться от того, что она может дать ему в последние дни до конца контракта. И она не ошиблась. Аджитт вызвал её в обед, проводил тяжёлым взглядом, пока она шла в закрытую комнату, и замер на пороге, внимательно наблюдая, как она раздевается. Её движения были отрывистыми, резкими, Лера буквально срывала с себя одежду, с трудом удерживаясь от того, чтобы не зашвырнуть её в угол. Оставшись полностью обнажённой, она вздёрнула подбородок и с вызовом посмотрела на Аджитта. Но он не двигался, стоял, подпирая плечом стену, и просто смотрел. Верная своему обещанию, Лера отвечала тем же, молча буравя его взглядом. Хочет безмолвную игрушку — он её получит. Безмолвную, безвольную, покорную. А когда она выйдет отсюда, когда всё окончательно закончится, она даже в сторону его не взглянет.
Аджитт хотел её, хотел безумно, до тьмы, что затмевала глаза, но чувство, что коснулось сердца несколько дней назад, не ослабело, напротив, стало сильнее. Он хотел, чтобы она пришла к нему сама, но понимал, что методами, привычными и понятными ему, ничего не добиться. И в то же время понимал, что не знает, как вести себя иначе. Как вести себя с ней иначе после всего, что уже между ними случилось.
Лера поёжилась — ноги начали замерзать от стояния босиком на холодном полу. Переступила нервно, но тут же застыла снова, нарочито безразличным взглядом скользя по предметам, расставленным и развешанным вдоль стен. Сколько из них она испробовала на себе, сколько ещё он хотел испробовать, но до сих пор не решился? Что за игру он затеял сегодня? Задумавшись, Лера пропустила момент, когда Аджитт плавно оторвался от стены и подошёл, становясь почти вплотную. Жар его тела обжёг холодную кожу, в кровь будто влили жидкий огонь, и сердце невольно сжалось, а потом застучало быстро-быстро. Лера могла сколько угодно убеждать себя, что испытывает к Аджитту презрение, но её тело думало иначе. Она тихонько втянула в себя воздух, чувствуя, как знакомый страх, замешанный на предвкушении, пронзает нутро крохотными иглами.