Тамара позвонила, когда Тимур, согнувшись в три погибели, пытался достать из-под шкафа закатившуюся туда сухую макаронину.
— Привет, — весело сказала Тамара, — я звоню, чтобы узнать, что купить Инге.
— Ничего, — озадаченно сказал Тимур, цепляя макаронину вилкой, — для чего тебе что-то покупать ей?
— Она пригласила меня на свой день рождения, и я согласилась прийти. В конце концов, мы столько лет встречались, а расстались совсем недавно, и я…
— Инга пригласила тебя, а ты согласилась, — произнес Тимур, выпрямляясь. — Всё понятно.
Зазвенели ключи в дверях, и Тимур удивился этому, как удивлялся всякий раз, обнаруживая Лизу в собственной квартире.
Он то и дело забывал, что живет не один, и шаги за спиной или щелчок чайника заставляли его вздрагивать.
— Тимур, — спросила Лиза его несколько дней назад за завтраком, почти сразу после её переезда, — а, собственно, для чего мы вместе живем?
— Прости? — он поднял глаза от смартфона.
— Ну мы же не боимся всерьез этого красочного маньяка, — терпеливо пояснила Лиза, — он нас немного нервирует, но не очень. Я хочу сказать, что…
— Налить тебе еще кофе? — перебил её Тимур.
У Лизы была куча друзей и знакомых, без конца вибрировали многочисленные чаты и мессенджеры, ей кто-то то и дело звонил, и она кому-то звонила тоже.
Тимур, у которого за всю его жизнь не завелось не то что хотя бы одного, самого завалящего друга, но даже условного приятеля, такой социальной активности поражался. Он не мог понять, для чего Лизе все эти разговоры и контакты, и как она не треснет по швам от такого количества слов.
Лиза приходила после работы и начинала раздеваться с порога, скидывая с себя уличную одежду. Тимур шел следом ней и подбирал юбки и блузки. С удовольствием облачаясь в свои невообразимые больничные пижамы, Лиза снимала макияж и без ярко-красных губ и густо накрашенных глаз снова становилась человеком.
Довольно равнодушная к еде, она могла поужинать чем угодно, хотя бы пачкой чипсов. По вечерам Лиза топала следом за Тимуром на кухню и с любопытством и непониманием наблюдала за тем, как он колдует над ужином.
Для чего нужно тратить столько времени и усилий ради тарелки еды, которая исчезнет за пятнадцать минут, Лизе было недоступно.
К подтруниваниям и подшучиваниям Тимур относился довольно равнодушно. Он был действительно толстокожим, язвительность отца позволили ему отрастить какую-никакую броню.