Монстр довольно ухнул. Казалось бы, что такой громаде с трёх иммунных, а ведь хорошо, как говорится, пошло. И заметил летящие цели.
Первые три четверти пути ракеты летели медленно, словно раздумывая, стоит ли вообще куда-то попадать, ещё почти четверть – быстрее и увереннее, когда до монстра оставалось не больше двадцати метров, они зависли на месте на секунду, почти рядом. Этого чудовищу хватило, чтобы выстрелить в них своим щупальцем. Я пропустил момент, когда они разминулись, и через доли секунды земля возле монстра вспухла от первой ракеты, в образовавшуюся полость проникла вторая, голова треснула, и прямо на пустую клетку выплеснулась густая буро-зелёная жидкость.
- Погнали, - скомандовал Соник.
Второй монстр нёсся в нашу сторону, парень отпихнул Глыбу, послушно перепрыгнувшего на заднее сидение, плюхнулся в водительское кресло, врубил максимальный режим.
Щупальца вырывались из земли прямо в тех местах, где мы только что ехали, казалось, Соник чувствовал, где будет следующее появление смертоносной конечности, и бросал машину в разные стороны, пробираясь к посёлку.
Пока мы неслись через него на другую сторону, по обе стороны дороги били фонтаны земли – второй монстр пытался нас достать, но мы оторвались, выскочив на поле, уже имели фору в несколько сотен метров. И тут Соник резко развернул машину, чуть подал назад. Остановился
В десяти метрах от нас из земли появилась треугольная голова. Эта тварь была поменьше первой, но все равно, моя машина поместилась бы в ее голове полностью. Чудовище замерло, качая головой. Соник смотрел прямо на него, держа руку на джойстике. Пять секунд, пятнадцать ударов сердца. А потом щупальца втянулись в землю, и монстр исчез.
- Ну что, друзья мои, - спокойно сказал парень, - поедем, посмотрим, заработал ли Бат на вертолёт.
Я, на самом деле, больше боялся даже не монстра. Когда мы затормозили, вертолёты Мирного нацелили ракеты и турели не на тварь, а на нас. Соник тоже это видел, ничего сначала не сказал. А когда тварь исчезла, покачал головой.
- Чувствую, придётся отдать половину. Иначе живыми они нас из этого городка не выпустят.
- Значит, придётся их убить, - без тени сомнения сказал Глыба. К квазу постепенно возвращались румянец и уверенность.
Героев не только любят, но и боятся. Потому что герой – это тот, кто и спасает, и убивает. Не важно, кого и как, главное, что способен убивать и всегда может это продемонстрировать. Шесть жемчужин – две чёрные и четыре красных, пополам не делились, на три части – тоже не очень, монстр как после первой смерти был тварью, так и после окончательной продолжал в том же духе себя вести, не мог жирка поднагулять, падла.