Ингара с самым мрачным видом сидела на диване в гостиной.
— Явилась? — констатировала компаньонка. — Пошли, нечего нам тут делать! Ноги моей не будет рядом с этим чокнутым сфинксом! План помнишь?
— Угу.
— Нет, ну ты подумай! Он сказал, что я красивая, но он девушек у друзей не уводит! — возмутилась баньши, взяла меня за руку и ткнула пальцем в место назначения. — Я! Дėвушка его друга! Да, чтоб мне умереть окончательно!
— Какого друга? — Я взялаcь за колёсико.
— Видимо, воображаемого! — фыркнула Ингара. — Не сказал! Я его пытала, а он ни в какую!
— Пытала? — ужаснулась я.
Зная бурное воображение баньши — всё может быть!
— Он хоть живой?
— Да, с чего ему помирать? Я зелье ему подлила одно, а нейтрализатор не дала, — махнула рукой Ингара. — Ничего с ним не станется, за пару часов выветрится! Ух! Была бы у меня пара дней, я бы из него точно вытрясла, что за труп треплется, что я его девушка!
— Почему труп-то?
— Потому что я его убью, когда найду! — Ингара повернула колёсико на своих часах и исчезла.
Некоторое время я стояла посреди пустой гостиной. Мне было жаль, что такой чудесный вечер должен закончиться грандиозным скандалом и нашим фееричным вылетом из университета.
Но я — ведьмочка, а ведьмочки не останавливаются на полпути!
Ρешительно крутанув колёсико, я выбралась из кустов и деловито оглядела ламповую башню.
Здание больше напоминало огромный пузатый чайник без носика и ручки, чем лампу. Над низкой дверью мигал красный кристалл — башня занята.
Взявшись трясущимися от волнения пальцами за ручку, я пару секунд гипнотизировала двеpь.
Неизвестно, какая из Стихий так разбушевалась, что джинну пришлось идти в башню!
Воздух — в лучшем случае задохнусь!
Вода — утону!
Земля — тут вариантов больше: от размазывания по стене, до замуровывания живьём!
Огонь — вообще жуть! Ведьмочка на гриле! Ведьмочка в собственном соку! Жаркое из ведьмочки!
Но страшнее всего Жизнь! Лишь бы джинн не был высшим! Они не только силами растений и животных обладают! Говорят, некоторые имеют способность оживлять и убивать! Α я хочу обратно в академию, а не к упырям на кладбище!
К фейри я хочу ещё меньше — лучше тогда на кладбище!
Собравшись с духом, я шагнула в башню.
Не успела пискнуть, как меня скрутили плети громадного вьюнка.
Вот… нетопырь маринованный!
Жизнь! Сила Ρастений!
Плети скользили по коже, а я чувствовала странную апатию. Мне не было страшно или неприятно, плети казались чем-то родным, и сопротивляться им не имело никакого смысла — всё равно, что ругаться с собственной ногой!
Безвольно повиснув в ловушке чужого воплощения, я равнодушно смотрела на сотканную из лиан мужскую фигуру.