– Итак, – заговорила она, – Лилиана Весс, сбежав из бойни на Равнике, вернулась домой, на Доминарию, обратила в рабство местных жителей и устроилась здесь на манер великой злодейки. Думаю, все это подтверждает: она – из тех живых, которым следует умереть.
Тейо не сказал ни слова, только легонько кивнул.
Кайя вновь повернулась к Крысе.
– Полагаю, Лилиана – там, среди веселящихся?
– Похоже на то. Стойте вот здесь вот, а я отыщу, как бы потише пробраться в особняк.
С этими словами она вновь умчалась вперед, оставив Тейо и Кайю одних.
– Только не думай, будто меня это радует, – сказала Кайя.
– Нет, такого я вовсе не думаю. И ты не думай, пожалуйста, будто я собираюсь тебе помешать. Твою точку зрения я понимаю. Но… ничего, если мне от этого грустно?
– Это как раз очень даже «ничего». Вот если одному из нас подобное покажется легким или приятным, значит, мы, определенно, сбились с пути.
Тейо ответил на это печальной улыбкой, и Кайя крепко стиснула его плечо.
– Поможем друг другу сохранить честность, – сказала она. – Согласен?
– Да. Согласен.
Оба подождали еще немного. Вдруг Тейо, потянув носом воздух, заметно помрачнел.
– В чем дело? – спросила Кайя.
– Кажется, что-то… знакомое… знакомый запах. Только узнать его никак не могу.
– Может, просто дерево или растение, встречающееся и на Гобахане, и на Доминарии?
Тейо оглядел окрестные топи.
– Нет, вряд ли. Погоди, я думал, это место называется Калиго.
– Это место и называется Калиго. А мир – Доминария.
– А-а. А я все понял как раз наоборот.
– Вполне понятное дело. На тебя столько всего свалилось за последние пару дней…
– Что ж, – вздохнул Тейо, – это правда. А знаешь, когда я познакомился с тобой, то подумал, что тебя зовут Джайей. Думал, Кайя – это она.
– Да, как верно подметил твой аббат, путешествовать вместе нам не слишком удобно.
Тейо ненадолго умолк.
– Нет, Баррес не так плох, как ты думаешь, – сказал он.
– Надеюсь…
Оба вновь умолкли. Молчали до тех пор, пока не вернулась Крыса.
– Там такое… вы оба должны это видеть.
С этим она поманила обоих за собой. Далеко обогнув усадьбу кругом, все трое вышли к саду наподобие устроенного аббатом при монастыре. Здесь тоже кипела работа: слуги (то есть пленники) Лилианы не только чинили усадьбу, но и трудились в саду даже посреди ночи.
Три женщины неторопливо и монотонно пололи грядки, а может, что-то сажали, сеяли, или как там еще (в огородничестве Кайя почти не разбиралась). Спустя немного времени две из них подняли корзины – как оказалось, с огурцами – и двинулись к дому, оставив третью копаться в земле в одиночку.