— Ты не шутишь? — удивилась она.
— Нет, нисколько! Домчу с ветерком, если, конечно, ты не трусиха.
— По правде говоря, чтобы понять трусиха я или нет, мне нужно хотя бы попробовать. Мне не доводилось ещё ездить на мотоциклах.
— Тогда собирайся. Встретимся у служебного входа.
— Что с тобой такое? — спросил Тео, когда я ворвался в его кабинет, чтобы найти у него выпивку, так как мне лень было идти в бар. — Ты как вернулся из Франции сам на себя не похож.
— Всё дело в Дьяволе, друг, — ответил я и сделал большой глоток виски.
Кажется, полегчало.
— А поточнее? Ты поклоняешься какому-то культу? Или в Ницце ты вступил в сатанинскую секту?
Я посмотрел на кожаный диван, который, вероятно, повидал многое за всё время, начиная с самого открытия клуба. Почти что каждая стриптизёрша оставила здесь свой след, совокупляясь с моим лучшим другом, но тем не менее я старался об этом не думать, поэтому за неимением внутри сил, плашмя упал на него.
— Можно и так сказать, — устало выдохнул я, глядя в потолок. — Тео, ответь, почему ты так противился тому, чтобы Дьяв…, — чуть было не проговорился я, — чтобы Макария открыла все виды услуг? Она тебе нравится? Что-то я не припомню, чтобы ты запрещал это близняшкам или Сандре.
Он растерялся. Глаза его забегали, а рот скривился.
— А кому она может не понравиться? — робко пожал он плечами — Но тут дело не в этом, просто мне кажется она не из тех, кто добровольно пойдёт на то, к чему привыкли наши девчонки. Она другая, что ли. Понятия не имею как она здесь оказалась и по какой причине, но всё то время, что она работает у нас я наблюдаю за ней, и успел заметить, что ей здесь не особо-то и нравится. Как будто это вынужденная мера.
— Ты, в какой-то степени, прав.
— То есть?
— Я просил Трисс узнать о ней больше, но та как будто нарочно отгородилась от неё барьером и ничего ей не рассказывала, поэтому я принял решение, что сам выведу её на чистую воду, применив кардинальные меры. В нашей довольно-таки напряжённой беседе она призналась мне, что её брат смертельно болен и это последний шанс собрать ему деньги на пересадку лёгких.
Тео шумно вдохнул в себя весь воздух в кабинете.
— Чёрт! Ахренеть! — выпучил он глаза — Сколько ей нужно?
— Не знаю. Я был в ступоре, когда она мне это сказала и не смог продолжить эту тему, когда увидел её выражение лица. Кажется, ей было больно об этом говорить.
— Ты подумал о том же, о чём и я? — взволнованно спросил, обойдя свой стол. Он остановился напротив меня и сложил руки в карманы. Тео переживает?
— Смотря, о чём ты подумал.