— Я, правда, не знаю о чем ты, — женщина смежила веки, наслаждаясь покоем и умиротворением во всем теле.
— Это как-то связано с вопросом Аполлона? Да?
— Ой, твой братец столько всего говорит, что всего и не упомнишь.
— О детях, — подсказала муж.
— Ну что ты пристал? Такой момент испортил, — молодая женщина подняла голову, намереваясь встать с кровати и пойти принять душ после любовных утех.
— Значит, да, — вынес вердикт Неждан.
— Что да? Что да? — взвилась Юнона. — Апе чего только в голову не приходит. Если на все обращать внимание, то станет просто тошно.
— Милая, — ласково обратился мужчина. — Вот тут ты не права и впустую нападаешь на человека. Если у нас есть какие-то проблемы, то давай решать их вместе, а не замалчивать и возводить гору непонимания, сваливая все с больной головы на здоровую.
— Это еще у кого больная голова? У меня? Чем она тебе не угодила? Чего ты ко мне пристал? — Юнона предприняла еще одну попытку соскочить с кровати.
— Тихо. Тихо. Тихо, — словно раненное животное уговаривал муж успокоиться.
По своей сути Юнона в данный момент им и была, расстроенным, запутавшимся в собственных страхах и терзаниях, загнавшей себя в угол собственных тревог.
— Девочка моя, твоя боль это моя боль и твои тревоги всецело мои, но если ты не хочешь ими поделиться, то тем самым делаешь мне больно. Твое недоверие ранит душу, заставляя думать, что я для тебя пустое место, с которым ты не желаешь считаться. Неужели между нами исчезло то светлое чувство единения, когда я это ты, а ты это я?
Неждан крепко удерживал жену в своих объятьях стараясь достучаться до сознания любимой.
— Я не могу, — опустила глаза Юнона. Откуда-то подкатил к горлу комок, не дающий сглотнуть и нормально дышать. Да еще слезы предательски набежали на глаза ни с того ни с сего.
— Можешь. Скажи что тебя беспокоит. Я знаю, что это тяжело, может быть где-то даже кажется невозможным, но ты попробуй. Я знаю, что ты у меня сильная. Ты сможешь.
— Я-то сильная, но не все зависит от меня, — смахнув слезу произнесла женщина.
— Поверь, нет таких проблем, которые не возможно было бы решить.
— Неправда. Не все зависит от нас.
— Давай разбираться логически. В чем причина твоего беспокойства?
— Какая к черту логика? — вскричала женщина. — Если я не могу забеременеть.
— И только? — удивился Неждан.
— Как это и только, — Юнона вырвалась и села на постель. — Для тебя «и только», а для меня это смерти подобно.
— Подожди, давай разберемся. Ты к врачам обращалась? Наверняка, зная тебя, да.
— Было дело, — женщина не стала ничего скрывать.