Мы рухнули на кровать, я не сразу поняла в чьей комнате. Все-таки его. Слева скребется Бадди, значит, там моя спальня. Больше в голове ни одной трезвой, разумной мысли.
- Как же я тебя ненавижу, - прошептал он зло, покрывая поцелуями шею.- Ты все портишь. Все должно было быть не так. Из-за тебя я становлюсь похож на него, - как помешанный шептал Громов.
Пока я, нежась под его поцелуями, проваливалась в темноту. Бессонная ночь дала о себе знать и я, как истинная очень уставшая женщина, уснула в самый неподходящий момент.
Глава 18
“Ого, надолго я моргнула, “ - первая мысль после пробуждения. На статус второй претендентов оказалось слишком много, они роем влетели в голову, помогая восстановить картину вчерашнего вечера и ночи. Что-то тяжелое лежит у меня на животе. Отлично, Громов снова использует меня в качестве плюшевого мишки, только на этот раз из секс-шопа, потому что рукам самым бесцеремонным образом прячется под коротким подолом платья и сжимает ягодицу.
Класс. Впервые в жизни уснула в такой провокационной ситуации, даже стыдно. Но, судя по всему, кто-то вырубился одновременно со мной, ну или чуть позже. На свежую, не отбитую эмоциями голову думалось лучше и, как следствие, становилось страшнее.
Что мы устроили? Я чуть не лишилась...Маруськи! К счастью, больше мне лишаться нечего.
Подняла руку и прикоснулась к губам. Воспоминания о поцелуях были странно волнующими. Да, от него пахло алкоголем и просто ужасными сигаретами, но даже в таком исполнении мой шифер снесло напрочь. Это неправильно, так нельзя.
Попыталась аккуратно вылезти.
- Подушки, не убегать, - проворчал Громов и сжал сильнее мое очень мягкое и, не побоюсь этого слова, нежное место.
- Алкоголики, курильщики и наглецы, не спать! - пнула его ногой в живот. Раз так, тоже пусть просыпается. Мне что, одной мучиться?
- Оля? - растрепанный парень смотрел на меня так, как будто увидел змею в своей постели. - Что ты здесь делаешь?
- Сплю, - отрезала. - Благодаря тебе. Сам вчера притащил, - состроила оскорбленную невинность, а то, что до этого отвечала на поцелуи, как озабоченная нимфоманка, роли не играет.
- Да? Ничерта не помню. Ой, - сообразил, где лежит его рука и тут же убрал. Перекатился на другую сторону кровати. - Прости. Что произошло?
- Мне начать с попытки изнасилования меня или с момента, когда ты двинул кулаком в стену? - кивнула на его руку со сбитыми костяшками. Нет, такими темпами она у него никогда не заживет, второй раз уже из-за меня страдает. Но по собственной дурости, тут не спорю.
- Стену помню. Разговор про Тимура помню, но не весь. Кожевникова, не гони. Я даже когда напиваюсь, очень мирный и пушистый. Могу только предложить, а дальше все по обоюдному согласию.