Брайс бросил на него недовольный взгляд.
— Осторожно. Бережно. С нежностью. Но она не такая хрупкая, как кажется, — он оглянулся на Рагглера. — Я просто предложил ей это. И она согласилась. Никакой борьбы. Их самки не агрессивны, — он хотел уже уйти, но Вайс задержал его, схватив за руку.
— Вы и правда совместимы? Она вся такая крошечная. Позволь мне провести медицинское сканирование.
Брайс взглянул на своих парней. Их лица выражали любопытство и озабоченность. Он втянул воздух через сжатые зубы и шумно выдохнул. Каждый самец в его команде был дорог ему. Их связывали нерушимые узы и проведенные вместе годы. Брайс доверил им свою жизнь, и на их месте тоже бы волновался и любопытствовал.
Наконец решившись, он посмотрел брату в глаза.
— Человеческие самки, чтобы вместить самца, растягиваются внутри. Я был нежен и вошел в нее довольно легко. Она не пострадала. Я спрашивал ее. И она сама предложила мне совокупиться с ней и во второй, и в третий раз. Вивиан не пошла бы на это, если бы мой размер доставлял ей неудобство, — он повернулся к Рагглеру. — Ну, давай. Задавай свои вопросы. У тебя их всегда больше, чем у кого-либо.
Рагглер ухмыльнулся.
— А там у нее все как у наших самок? — он указал на свою промежность.
— По-другому. Розовое. Мягкое. С мясистым бугорком возле входа во влагалище. Он очень чувствительный. И нуждается в легких прикосновениях. Когда я тру его, это делает ее хорошо смазанной. И люди не рычат от удовольствия. Просто издают мягкие пронзительные звуки, поощряющие тебя продолжать, — его грудь раздувалась от гордости. — А когда она кончает, то выкрикивает мое имя, — подняв руку, Брайс демонстративно потер ухо. — Мне стоило держать свои уши подальше, когда она это делала. У меня там до сих пор звенит, — он усмехнулся. — Хотя я и не жалуюсь.
— А сам-то ты что чувствовал?
Брас знал, что это будет следующий вопрос Рагглера.
— Все ощущалось как-то иначе, но чертовски здорово.
— Как это? — вклинился в разговор Нессел, который крайне редко задавал вопросы, но сейчас не сводил с капитана глаз.
Брайс тщательно продумал свой ответ.
— Внутри она мягкая. Очень тугая, но в то же время очень мягкая, — он коснулся своей кожи. — У них совсем другая плоть, не как у наших самок. Мне было так кайфово внутри нее, что я с трудом сдерживался, чтобы не выплеснуться до того, как она кончит. Это чертовски приятно.
— Мы похожи на их мужчин? — спросил Йонев, беря еще одну тарелку с едой.
— У их мужчин нет юниса. Вивиан была заинтригована моим. И с интересом его изучала.
Вайс от этих слов аж задохнулся, чем привлек к себе внимание.