С территории железной дороги мы выходили «как тати», через дырку в заборе. Она располагалась прямо напротив отстойника. Этим путём пользовались все местные. «Экономия» составляла около четверти часа. Привычное дело. На любом предприятии такое, как правило, сплошь и рядом, и об этом известно всем, включая охрану и руководство. Левые выходы и лазейки постоянно грозятся закрыть, но руки до этого почему-то никогда не доходят…
За забором, параллельно путям, шла улица Стрелочников. Название, по слухам, произошло от того, что здесь с давних времен селились путевые рабочие. До привокзальной площади отсюда было идти минут десять. Около получаса мы с Сашкой бродили по окрестностям, а потом он сказал, что хочет съездить на Свердловскую киностудию, потому что там работает какой-то его знакомый по переписке.
В эту поездку Лебедев взял кинокамеру. Оказалось, что помимо игры на ударных он увлекался кинематографией и регулярно что-то снимал. Конечно, не на профессиональном уровне, но как любитель он, по его же словам, много чего умел, и этим умением было бы грех не воспользоваться. Всю дорогу от Москвы до Свердловска я заставлял его выходить в задний тамбур и снимать улетающие вдаль рельсы и шпалы. Для предстоящего шоу это могло пригодиться…
Студия, как сказал Сашка, находилась в центре города и, хотя он предлагал поехать туда вместе, от предложения я отказался. Уговаривать меня приятель не стал. Сел на автобус и укатил в центр. Я же двинулся в обратную сторону. За пазухой лежал песенник. Новое послание от Синицына обнаружилось в нём буквально перед самым отъездом, поэтому перечесть его заново и без «свидетелей» показалось идеей заманчивой.
Задумавшись, я шёл вдоль железки.
То, что нужный мне поворот я пропустил, стало понятно минут через двадцать, когда старые бревенчатые бараки сменились относительно новыми пятиэтажками.
Наверное, мне надо было сразу же развернуться и пойти назад, но, вот ведь, зараза, внимание внезапно привлёк шум строительства. Тарахтение трактора, удары сваебойной машины, громкий, приправленный «профессиональной» спецификой матерок. Метрах в ста впереди виднелся забор, перед ним панельная высотка, без благоустройства, видимо, еще не сданная в эксплуатацию. За забором торчали аж три башенных крана, у дальнего на крюке висела бадья. Помню, у нас так тоже иногда делали. Механики объясняли: это чтобы, типа, тросы держать в натяге перед очередной поверкой. На мой взгляд, фигня, но спорить или ругаться с ними желания не было.
На дороге возле забора стояли три чёрные «Волги» и одна то ли «Чайка», то ли представительский ЗИЛ.