— Я перегибаю палку? — спросил он, почесав в затылке.
— Именно.
— Прости. Я сам это понимаю… но почему-то не могу остановиться. Я… со мной что-то происходит в твоем присутствии. Я же вибрант… ты знаешь. Таких, как я, всегда тянет к таким… как ты. Но ты не переживай, это не то, чем может казаться. Наверное, в тебе много «инь», женской энергии? Считается, что когда в мужчине много «инь»…
— Чушь эта твоя «инь-янь»… дело в другом, — глухо сказала я, глубоко вздохнув. — Видишь ли, Кир…
Он посмотрел на меня странным долгим взглядом и сказал:
— Сэм, ты не поверишь, но…
— Что? — спросила я, затаив дыхание.
— … Микки вызывает меня на мостик. Он кое-что увидел. И это корабль!!!
Демидов вскочил на ноги, подбежал к иллюминатору, разочарованно рявкнул и понесся к двери. Я выпустила воздух из груди и сказала в пустое пространство каюты:
— Я чуть было не организовала нам первую брачную ночь, а ты даже не заметил.
Вскочила и понеслась следом.
… Кир стоял не у пульта, а у лобового иллюминатора. В него отлично было видно, что за корабль встретился нам на пути.
— Чужие? — вырвалось у меня.
Демидов кивнул. Он стоял спиной ко мне, и не видела его лица.
— Летучий голландец?
— Сэм, ты начитался вбросов в Сети? — Кир повернулся.
Нет, лицо его не было разочарованным. Оно было усталым. Время от времени то в одном, то в другом месте Кластера (с самых первых лет освоения космоса) на пути следования кораблей землян встречаются вот такие тарелочки величиной с предпосадочную станцию. Большинство из них пускают в себя гостей, некоторые герметично заперты и взрываются при попытке проникновения внутрь. Пара таких взрывов, и земляне усвоили урок. Теперь на тарелочках бывают лишь ученые и черные археологи, правда, не совсем понятно, зачем и те, и другие так упорно в них лезут — корабли Чужих обычно пусты и скудны на находки, словно наши друзья по разуму (некоторые поспорят со мной в этом утверждении), уходя, упаковывали все свое имущество, включая судовою аппаратуру и технику, под роспись, оставив только то, что и так было изучено землянами в процессе передачи технологии двести лет назад. И зачем, спрашивается, Чужие бросали свои блюдечки? И куда они ушли?
Я подошла к окну и принялась жадно рассматривать корабль пришельцев. Невероятное, конечно, зрелище — эдакая махина! Тарелка медленно вращалась, ярко освещенная по окружности собственными источниками. Даже самые старые из найденных блюдечек продолжают светиться. Торс-энергия. Космос щедр к своим детям.
— Тоже бедолага? — спросил я. — А вдруг там внутри кто-то есть!