Чуть вперёд подался, Аню к стене прижимая, но не стал настаивать, когда от поцелуя отвернулась. Только губы надул, будто принимая подобный факт к сведению.
– У тебя штопор есть? – Не прекращал он излучать позитив. Бутылку вина продемонстрировал и губы облизал, когда вместо ответа вглубь номера удалилась.
Некоторое время Паша так и стоял в проходе. Чем занят, видно не было, но можно было догадаться, что едва ли самовнушением занимается. Крайнову это ни к чему. Он и так считал себя совершенным существом без малейшего изъяна. В комнате, по крайней мере, появился всё с тем же довольным выражением лица.
– А, знаешь, – губы скривил, ладонь в карман светлых брюк запустив, – я предполагал, что штопора у тебя не окажется и захватил из номера свой. – Находку, обнаруженную в кармане, продемонстрировал и ловко свернул с горлышка маркированную упаковку. – И ещё. Теперь наверняка знаю, что мой дар убеждения имеет временные ограничения. – С усилием вдавливал острую спираль в пробку. Боком повернулся, исподлобья на Аню поглядывая. Озадаченно водил языком по нижней губе. – Да ладно, малыш! – Выдал в итоге с усталым вздохом. – Ты действительно хочешь потратить половину вечера на разбор полётов? Учти, я хоть и не Золушка, но в номере должен появиться не позднее полуночи. Всё же обязанности ответственного родителя мне свалить не на кого.
– А ты с кем Алису оставил? – Только сейчас опомнилась Аня от своих не оглашённых претензий, но Крайнов только взглядом сверкнул. Острым взглядом из-под прозрачных линз очков. Понятно стало, что не ответит. И в мыслях не было терять контроль над ситуацией, потому Аня голову опустила, изображая покорность.
– Детка, ты чудо! – Не преминул похвалить. – Не то что с полуслова – с полувзгляда понимаешь. – Удовлетворённо прикрыл глаза и постоял так какое-то время, будто заряд бодрости восстанавливая. – Да ладно тебе… – Нахмурился. – Хватит дуться! – Руки вскинул, азартно увлажняя кончиком языка уголки губ. – Иди ко мне. Ну! Давай! – Характерным движением пальцев подбадривал. – Я обещаю сегодня быть тихим и покладистым.
Голову набок склонил и улыбка плавно перешла в оскал, когда Аня спиной отвернулась, над предложением раздумывая.
– Боже, что я тут делаю! – Играючи взвыл, но без промедления вплотную к её спине стал и откровенным движением языка по открытой шее провёл, оставляя основательную влажную полосу, попутно довольствуясь тому, что попытки отступиться Аня не сделала. – Ты невыносимая женщина. – Усмехнулся, в лёгких поцелуях перешёл с плеч на ключицу и двигался выше, заставляя голову вверх задрать, чтобы доступ к шее открыть. – О, как же ты не любишь проигрывать. – Вздохнул с сожалением, на напряжённую челюсть глядя, на сцепленные зубы и выступившие вследствие того желваки на скулах. Прикосновением губ отметил каждую чётко очерченную зону. Свободную ладонь запустил под пояс коротких шорт и пальцами клитор сжал, свою безоговорочную власть демонстрируя. – Я покорных люблю. – Хрипло прошептал, но чувствовалось, что внутри всё так же холоден и безразличен. Даже явное возбуждение не смогло эти ощущения перебить. Но Крайнов и не настаивал. Руку убрал и на бутылку посмотрел. – Хочешь, не хочешь, а стаканы ты мне всё же предоставить должна.