Его опасения усилились, когда он увидел, как старейшина борется со сном, чтобы поесть. Съев пару кусков, она отвернулась.
– Я всё, – мяукнула она. – Можешь доесть.
Когда другие коты устроились на краю углубления, чтобы позавтракать, Ольхолап встал и заговорил:
– Песчаная Буря больна, – объявил он. – Мы не можем продолжать путь, пока она не сможет нормально двигаться.
– Я могу, правда, – возразила кошка, хотя все понимали, что это ложь. – Не слушайте этот глупый комок шерсти.
Остальные очевидно видели, насколько всё серьёзно. Они молча, с грустью в глазах посмотрели на Песчаную Бурю. Даже всегда озорная Иглолапка перестала отпускать свои шутки.
– Что мы можем сделать? – спросила Вишнегривка.
– Ты знаешь, мы сделаем всё, что в наших силах, – добавил Кротоус, и Ольхолап благодарно кивнул.
– Мне нужны ноготки, хвощ или мёд, – сказал он. – Они помогут остановить инфекцию в ране. Не знаю, какие травы здесь растут, но что-то из этого вы, надеюсь, найдёте.
Когда коты разошлись, Ольхолап сел возле Песчаной Бури и принялся вылизывать уши старейшины, которая то просыпалась, то снова погружалась в сон. Он заметил, как дождь утих, только когда слабый луч солнца проскользнул меж ветвей убежища. Он подарил Ольхолапу надежду.
Огнелапка вернулась первой, и целитель с облегчением увидел, что сестра принесла несколько цветков ноготка.
– Молодчина, – сказал он, – теперь я могу наложить компресс. Ты не могла бы убрать паутину с её раны? Только осторожно.
Огнелапка села рядом с Песчаной Бурей и принялась аккуратно снимать комки паутины. Кошка поморщилась и проворчала что-то во сне, как будто почувствовав боль. Огнелапка растерялась, но Ольхолап кивком велел ей продолжать.
В то время, когда он пережёвывал ноготки, в палатку протиснулась Иглолапка с комком мокрого мха в зубах.
– Я не нашла трав, – сказала она, присаживаясь рядом с Песчаной Бурей, – но принесла это. Подумала, что она захочет пить.
– Отличная мысль, – сказал Ольхолап, чувствуя, как его сердце оттаивает. Иглолапка, смущённая похвалой, опустила глаза и лизнула грудку.
– Песчаная Буря, – прошептал Ольхолап, нежно погладив старейшину по голове. – Проснись, мы принесли тебе воды.
Кошка открыла глаза.
– О, это очень кстати, – вздохнула она, и принялась лакать.
Пока Песчаная Буря пила, Ольхолап приложил к её ране компресс с мазью из ноготков.
«Надеюсь, этого будет достаточно, – подумал он. – Я бы не беспокоился так сильно из-за инфекции, не потеряй она столько крови».
Кот тяжело вздохнул.
«Если бы только Листвичка и Воробей были здесь!»
Песчаная Буря подняла хвост и нежно дотронулась до плеча Ольхолапа.