Я долго терпела его «советы и поправления руками», но, в какой-то момент, поняла, что больше не могу это вынести. Я же тоже не железная. Каждое его прикосновение превращало в лаву мою кровь. Наши тела до того тесно были прижаты друг другу, что моя одежда точно пропахла запахом продюсера — таким манящим, желанным и до жути возбуждающим. Когда его губы случайно касались меня, я чуть ли не стонала и, застыв, сбивалась с ритма, после чего Златогорский недовольно цыкал и заставлял начинать все с самого начала… вынуждая меня раз за разом терпеть эту муку… раз за разом мечтать о его губах и не иметь возможности их коснуться… раз за разом чувствовать, как напрягаюсь, стоит нашим телам оказаться ближе — ад чистой воды.
— Еще раз ваши руки окажутся не там, где нужно, и я вас познакомлю с табуреткой, — зло шиплю на крикливого и недовольного Нарцисса.
— Тогда прекрати издеваться и начни танцевать, как нужно, а не крутиться, как юла!
— Нормально я танцую! — протестую, уперев руки в бока, со злостью глядя на, наверно, мастера по танцам по его мнению.
— Нет, ты танцуешь, как бревно! Это танго! Танго — танец страсти, а ты ведешь себя так, будто бы мы с тобой только познакомились и вышли потанцевать в сельском клубе, выставив впереди твою сумочку.
Ну, спасибо! А сам ведет себя как дикарь, впервые увидевший женщину.
— То есть, надо позволить вам лапать меня? — спрашиваю наглеца, шокированная его словами.
— Надо поддаться страсти, Ксюша!
— Только мне? А как же вы?
— А я? — усмехнувшись, спрашивает Златогорский, и притянув меня одной рукой к себе, шепчет на ушко. — Я полон страсти, когда вижу тебя в этих обтягивающих леггинсах, — легкий шлепок по ягодицам, после которого я пытаюсь вырваться, отталкиваясь от его груди руками, но меня крепко прижимают к себе.
Возмущенно смотрю на него, мечтая задушить его собственными руками. И плевать, что сяду!
— Ксюша, — с улыбкой произносит моё имя и в следующее мгновение склоняется к моим губам, чтобы впиться в них — страстно, горячо, возбуждающе.
Черт, я ненавижу свое собственное тело и мысли, которые у меня появляются рядом с этим гадким продюсером. Бесит, что его поцелуи превращают меня в куклу, не умеющую сопротивляться. Лишь он может прервать поцелуй и дать мне освободиться из-под своего контроля. Хочется отдаться и раствориться в нем, но… Но мне нельзя сдаваться! На кону моя карьера. Нельзя! Нельзя заводить отношения с продюсерами. Нельзя! Тем более с этим… Нельзя!