Вот Ания почему-то его помнила. Вспоминала красивую улыбку, как он обнимал её за талию, и приятные мурашки бежали по телу. Девушка прикоснулась пальцами к губам и подумала, что была бы не против, если бы он ещё раз её поцеловал. Потом захотелось воскресить в памяти, как они занимались сексом, но ничего не выходило. Ания обругала себя за эти мысли. Приличная девушка не должна думать о таком. «Да уж, до приличной девушки тебе теперь как до луны, Ания. Такой дуры, как ты, ещё не видывал белый свет. Этот мужчина больше не появится в твоей жизни. Может быть, он богат и такая, как ты, ему не нужна», — с грустью подумала Ания.
Два дня пролетели. Предстояло снова появиться в кругу студентов. Ания с замиранием сердца перешагнула порог аудитории. Казалось, на неё больше никто не смотрит, но это было только первое впечатление. Катька растрезвонила всем о подарке Марка, присовокупив целую кучу лжи. Она выдала его за богатого человека, который может с самим Рузоем потягаться. Как обычно, история, передаваясь из уст в уста, обрастала ложью как снежный ком. Ания старалась не обращать на это внимание, но получалось плохо.
В обед они с Наташей, как всегда, сели отдельно от всех, но под конец трапезы к ним подошёл Дмитрий.
— Наташ, уйди, мне с ней поговорить нужно, — заявил он.
Сегодня Рузой оделся во всё чёрное и выглядел зловещим вороном. Наташа недовольно покосилась на него, но не встала.
— Что я ей могу сделать? Тут народу полно. Не тупи, розовая девочка.
Наташа увидела, как Ания кивнула, поэтому встала и отошла, заметив, что люди в столовой наблюдают затаив дыхание.
Ании не было два дня на лекциях. Дмитрий изнывал от желания увидеть её, а лучше зажать в укромном месте и впиться в губы жёстким поцелуем. Друзья уже откровенно ржали над ним.
— Дём, у тебя на ней крыша поехала? — спросил Никита, когда они курили позади учебного корпуса.
— Поехала, Кит. Я не знаю, что со мной творится. Хочу её, и всё. Эта сука вызывает первобытные инстинкты — валить и трахать. Она моя, Кит, должна быть моей, — завил Дмитрий, затягиваясь сигаретой.
— Может, ещё и женишься на ней? — усмехнулся Миша.
— Пожить гражданским браком можно, но чтобы жениться, не-ет, — улыбнулся Дмитрий.
И вот сейчас, сидя напротив Ании, Рузой чувствовал, как хочет её. Даже не так. Он жаждет подчинить её, сделать своей маленькой собачонкой, унизить за всё, что она с ним сделала. В последнее время в чате стали писать о них. Одногруппники позорили Анию, но и о нём не забывали. В основном были сочувственные реплики в его адрес. А потом посыпалось что-то вроде того, будто он влюбился и готов перед шлюхастой девкой на колени встать. «Она ему изменила, а он как лох готов ей всё простить. Неужели любовь так меняет человека, что он готов и дальше за ней таскаться?» — подобные комментарии больно резали по самолюбию. Дмитрий никогда ни перед кем не унижался, наоборот, многие бабы стояли перед ним на коленях и заглатывали по самые яйца, чтобы угодить ему. Если девушка нравилась, он не скупился на походы в клуб и даже подарки. Золото, как тот белобрысый мужик, не дарил, много чести, но эти сучки были рады и другим его подношениям. Каждая думала, раз он расщедрился на подарок, значит, любит и со временем можно прибрать «золотого мальчика» к рукам. Но не тут то было, Дмитрий не собирался заводить серьёзных отношений. Последняя подружка даже в ногах валялась, просила не бросать. Потом кричала, что всё из-за Ании. Да, из-за неё, и осознание этого резануло тогда по нервам. Но что бы не случилось, Ания не сдавалась. Она фактически сделала его перед всеми посмешищем.