Как только прозвенел звонок, я собрала свои пожитки и на всех парах неслась к выходу, чтобы сбегать к автомату и купить себе стакан кофе, может хотя бы он разгонит во сне сонное состояние и придаст сил для ещё одной пары.
— Карташова, задержитесь, — слышу голос Раевского и застываю на месте, — у меняк вам есть разговор.
Однокурсники, естественно, гулко отреагировали на такой поступок преподавателя. Белкина хихикнула со своими подпевалами. А я покорно остановилась на пороге и подождала пока все выйдут из помещения. Внутри все просто напряглось до предела, сердце было готово выпрыгнуть из груди. Он почему-то появился в универе, хотя пар у него сегодня нет. Быстро соображаю, вспоминаю о телефоне. Переживает? Если да, то я очень польщена. Если он сейчас же предложит мне с ним сбежать, я сделаю это без лишних сантиментов.
— Кошечка соскучилась за своим тигром?
Дверь в аудиторию захлопывается, слышу звук щелчка.
— Что ты здесь делаешь, Макс?
— А что я ещё могу делать тогда, когда мысли только о тебе и твоём горячем теле, киска.
Я не смотрю на Раевского, за то телом чувствую, как его ладони слишком жадно скользят по моему животу, опускаются к лобку, сквозь ткань сжимают мой бугорок.
— Ты же не хочешь это сделать здесь? — Смеюсь и довольно мурлычу, рукой скользнув по берду мужчины, беру немного левее и чувствую, каким напряженным стал его член.
— У нас полно времени, — хрипит мне на ухо, ловко пробираясь руками мне под юбку, трет набухший клитор сквозь ткань трусиков, а зубами кусает мне шею. — Освободи его, ну же.
Макс не отпускает меня, он так же властно сжимает меня за талию, целует, я же использую чудеса ловкости и послушно одной рукой расстегиваю ширинку его брюк, отчаянно сжимаю набухший член и склоняюсь вперед, руками упираясь в стол.
— Трахни меня, Макс.
Ева
Какой-то самодовольный рык за моей спиной меня внезапно насторожил. Я на мгновение застыла в одной позе, чувствуя лишь то, как горячий член трется об моё бедро.
— Ну же, не останавливайся, ты так эротично виляла задницей, — слышу хрип мужчины в области шеи, чувствую, как табун мурашек пробежался по спине, а липкий пот за секунду покрыл мою кожу.
Запах. Совершенно другой аромат, более резкий, бьет в ноздри и напоминает о том вечере в клубе. Так мог пахнуть только Михаил. Мне хотелось дико кричать, так, чтобы все услышали, но этого будет мало, да и никто не будет разбираться, что в аудитории со мной закрылся не препод Раевский, а его брат-извращенец. Идея проучить этого козла пришла мгновенно, хотя продолжать вилять полуголой задницей было непросто.