И в принципе, ошибки — это нормально. Вся жизнь состоит из них. Но когда ценой оплошности является чья-то жизнь — ошибки из разряда «норма» переходят в категорию «недопустимо».
«Интересно, как там оставшиеся Воины?» — мелькнула мимолетная мысль, но Ник отбросил её куда подальше.
С одной стороны, получалось немного двулично — он только что рассуждал о ценности каждой жизни, но с другой, он четко осознавал, что некоторые жизни ценней. И жизни командора и Леры не просто важнее лично для него из-за того, что они являются его друзьями, но… важнее для этого мира.
И в этом Ник был уверен на тысячу процентов.
Он видел их ауры, чувствовал, как вокруг этих личностей меняется реальность, догадывался, что все эти встречи были неслучайны. Ник даже допускал мысль о том, что Сеть использует его в качестве ключа или отмычки, чтобы вернуть на доску ключевые фигуры идущей в данный момент партии.
В те немногие моменты, когда он задумывался о масштабе происходящего, ему становилось страшно от размаха событий. Десятки, сотни и даже тысячи таких же пешек как он сам сейчас выстраивают оборону этого мира. И Ник понимал, что Сеть, при необходимости, с легкостью пожертвует любой их них, если это даст преимущество в схватке с армией вторжения.
Вот только при всем его понимании, ему совсем не улыбалось быть чьей-то разменной фигурой. Особенно, когда складываются такие ситуации, что для того, чтобы остаться на месте необходимо бежать.
Бежалось ему, кстати, на удивление легко.
Та сила, которая наполнила тело после боя со змеями, никуда не ушла. В ногах все также выстреливали пружины, и Ник с каждым шагом бежал всё быстрее.
По его прикидкам, ещё чуть-чуть и он нагонит своих товарищей. На секунду им овладели сомнения — не зря ли он остался? Может быть было бы лучше двигаться вместе с отрядом? Ну или встретить змей вместе?
«Нет!» — Ник перемахнул через корягу и на ходу мотнул головой. Он поступил правильно.
Лере необходимо было добраться до прохода на следующий ярус раньше той волны живых существ. Так она сумеет поднять земляной купол и парочку земляных големов, которые прикроют их отход.
Вот только…
Чем ближе Ник был к точке сбора, тем тревожней ему становилось. Он не мог объяснить причину своего волнения, и от этого ему становилось ещё некомфортнее.
Ник ускорился, стремясь побыстрее догнать свой отряд.
Он перепрыгивал через глубокие лужи, перелетал через сплетенные лианы, проскальзывал под нависающими над тропой сучьями.
Перепрыгнув через местами протоптанные заросли, Ник взглянул на карту и нахмурился.