Окончательно протрезвела, когда поняла, что радую посетителей «Полевой Ромашки» виртуозным исполнением свадебного марша.
Ну а когда я заметила за кулисами, куда меня как-то торопливо увезла сцена, сверкающую фигуру Паби, в голове стало совсем ясно.
Фейк некоторое время смотрел на меня, склонив голову.
— Либо ты потрясающая актриса, либо принадлежишь к какому-то уж очень редкому типу роковых женщин, до сих пор мне не встречавшемуся, — изрек он.
— Что простите? — пролепетала я.
— Про гнома Вандерштутеля слухи тоже не на пустом месте ходят, да? — спросил Паби, не утруждая себя объяснениями.
И этот туда же.
— С Урфином все случайно получилось! Мы с ним просто были вчера на рынке, по делам, — быстро добавила я, но, очевидно, опять сморозила что-то не то.
— Ничего не хочу знать про дела Вандерштутеля, — Паби предупредительно поднял ладонь, — но в любом случае, ваше представление мне на руку. Гости любят такие вещи, так что развлекайтесь. Жду вас обоих завтра. Только передай своему эльфу, пусть в следующий раз выбирает вино подешевле. И букет свой не забудь.
Последние фразы я не поняла, но проследив за кивком Паби, увидела рядом с пианино огромную корзину — вероятно, цветов. Вероятно, потому что самих цветов видно не было, кто-то заботливо обернул все газетой.
Как букет тут оказался? Его кто-то внес на сцену, когда я играла в не самом трезвом состоянии?
— Гномский букет, — хмыкнул Паби, — никогда не понимал этих ребят — выложить кучу денег за сотню роз и потребовать обернуть их газетой!
— Наверное, так цветы дольше простоят, на улице же холодно, — предположила я.
— Но так их никто не увидит! — возразил фейк, очень наглядно проиллюстрировав разницу в мировоззрении двух рас.
Я задумалась, не сумев сходу определиться, что мне ближе.
Паби ушел, взмахнув на прощанье тростью. Все произошедшее никак не укладывалось у меня в голове. Почему после всего этого бардака меня не уволили? Я растерянно подняла корзину и поняла, что она слишком легкая. Странно. Словно пустая.
Осторожно развернула бумагу. Так и есть. Под газеткой обнаружились еще газеты, скомканные так, чтобы создавался вид букета.
Кому пришло в голову присылать мне фальшивку?
— Извини, на настоящие цветы мне денег не хватило, — на сцену заскочил Гвоздик, — оставь здесь, я потом заберу.
— А зачем ты вообще притащил эту корзину бумаги? — изумилась я.
— Как зачем? Создаю тебе имидж. Только Вандерштутелю не говори, что я от его имени цветочки рассылаю, он в последнее время и так какой-то нервный. В общем, все прошло отлично, ты молодец, я вообще гений, наш героический официант ждет тебя у выхода, без него в подъезд нашего дома не заходи. Все, пока, мне пора, — выдав все это скороговоркой, фейк неожиданно чмокнул меня в щеку и исчез раньше, чем я успела что-нибудь у него выяснить.