Обворожительно жестокий (Джессинжер) - страница 67

Я слышу стук в закрытую дверь моей спальни.

— Привет! — ломится Элли. — Выглядишь прилично?

— Вроде. Входи.

Она просовывает голову в дверь и смотрит, как я восседаю на кровати с ноутбуком, кипя от разочарования.

— Ты в порядке?

— Что для тебя «в порядке»?

Она на мгновение задумывается.

— Хорошо выспаться, вкусно поесть и испытать оргазм в течение последних восьми часов.

— Я стремлюсь к твоим целям, друг мой.

— Это самые простые вещи, — улыбается она. — Кстати о еде, мы с Таем собираемся сгонять в пиццерию. Ты с нами?

— Я вроде как занята.

Она опускает взгляд на почти пустую бутылку вина на моем ночном столике, потом снова смотрит на меня.

— Ты сегодня что-нибудь ела?

— А виноградный сок считается?

Она гримасничает, открывает дверь шире и заходит в мою спальню, положив руку на бедро. Одетая в обтягивающую черную мини-юбку, короткую красную кожаную куртку и белые кружевные гольфы под высокие каблуки, она похожа на актрису из музыкальных клипов 80-х.

— Нет, алкоголичка. Виноградный сок не считается. Я принесу тебе немного пиццы.

— Не беспокойся. У нас в квартире еды на полгода хватит. Любой, кто заглянет в нашу кухню, подумает, что мы готовимся к концу света.

Она с важным видом подходит и падает на край моей кровати.

— Подружка, — шепчет она, нежно сжимая мое плечо.

— А? — не отрывая взгляда от экрана ноутбука, отзываюсь.

— Когда что-то происходит, это видно по твоему лицу. — Когда я поднимаю на нее глаза, она поджимает губы. — Ты рассталась со своим ирландским красавчиком?

Вздохнув, я закрываю ноутбук и тру кулаками глаза.

— Хотела бы я, чтобы все было так просто.

— Что случилось?

Она поворачивается ко мне с горящими глазами. Больше всего на свете Элли любит сплетни. Ну, может быть, еще «Холостяка», но кроме реалити-шоу, — только сплетни.

Я прикусываю губу, обдумывая, что ей сказать, но потом начинаю свое обычное:

— Ничего. Все в полном порядке.

Она складывает руки на груди и пристально смотрит на меня.

Я закатываю глаза, подтягиваю колени к груди и обхватываю их руками.

— Ладно, не все в порядке. Все просто... так... сложно. Забудь.

И больше ничего не добавляю.

— Ты в курсе, что из тебя отвратительная подружка для девичьих штучек?

— Что за девичьи штучки?

— Болтать. Открываться. Делиться своими чувствами. — На «чувствах» она рисует в воздухе кавычки.

Поскольку в этом меня обвиняли уже многие люди, я автоматически защищаюсь.

— Я ничего не могу поделать! Я выросла на ферме! Если только у тебя не было артериального кровотечения или одна из твоих конечностей не держалась на соплях, я не смогу помочь в решении твоих проблем!