— Можно поконкретнее?
— Пример: ты можешь представить, как привозишь его домой на Рождество?
Я на мгновение представляю это. Лиам — элегантный таинственный зверь, читатель мертвых французских романистов — на ферме, в своем элегантном костюме от Armani. Мама подает гуся, которого самолично зарезала этим утром. Папа предлагает совершить экскурсию в сарай, где находится его коллекция чучел подстреленных им скунсов и опоссумов. Мои братья напиваются и пытаются побороть Лиама. Мои сестры с ним флиртуют. Бык, вероятно, снова вырвется из загона, а моя бабушка с удовольствием поделится историей, когда свинья Труви съела белье.
Я прижимаю ноутбук к груди.
— Ответ: большое, жирное «нет», — медленно говорю я.
— А как насчет работы по дому? Стрижка газона? Смена подгузников?
— Нет, нет, определенно нет.
— Вот почему это настолько хорошо! — Она улыбается как президент дискуссионного клуба, только что забравший домой победный трофей.
Я сажусь, свешиваю ноги с кровати и вздыхаю.
— Он, должно быть, загипнотизировал тебя. Обычно, тебе никто никогда не нравится.
Она пожимает плечами.
— Люди вообще отстой. Но типа вроде него встречаешь раз в жизни, он горячий как ад кусок задницы, который будет трахать тебя шесть раз на дню, пока твоя киска не станет молить о пощаде. А потом ты вернешься домой и расскажешь мне все до мельчайших подробностей.
Я вскидываю руки в воздух.
— Это не реалити-шоу! Это моя жизнь!
— Нет, это месяц твоей жизни. Но если тебя его предложение не заинтересовало, скажи ему, что я согласна.
— Элли!
Она закатывает глаза от моего возмущенного выражения лица.
— Ладно. Я согласна и на тройничок.
— О, неужели? — сухо интересуюсь я. — А что бы Тай подумал об этом плане?
Она фыркает.
— Если бы у меня был шанс провести хотя бы десять минут в постели с Лиамом, Тай был бы мертв для меня, девочка.
Она поворачивается и направляется к двери моей спальни, останавливаясь прямо перед тем, как пройти через нее, чтобы бросить на меня суровый взгляд.
— Съешь что-нибудь.
— Как скажешь, мама.
Покачав головой, она уходит.
Я падаю обратно на кровать и, изучая трещины в потолке, обдумываю ситуацию.
В конечном счете, все сводится к битве логики против гормонов.
Я хочу его видеть. Это неоспоримый факт. Также неоспоримо то, что между нами невероятная химия, плюс, я умираю от любопытства по поводу всего, что с ним связано. И, основываясь только на поцелуе, я не сомневаюсь, что наш секс будет умопомрачительным.
Но.
Он очень опасен. Не сесть-за-руль-после-нескольких-стопок-опасен. Он смертельно опасен, а живя в его доме, я буду уязвима.