— Правда?! — переспросила я. — В таком случае вы не могли бы оставить мне адрес вашей конторы? Я бы хотела заказать у вас немного колб из цветного стекла для весьма специфических женских зелий. Если, конечно, вы продаете их малыми партиями.
— Как бы мы их ни продавали, для вас подберём столько, сколько нужно, и точно такие, как вам необходимо, — размашисто записывая адрес на небольшом клочке бумаги, уверил Энтони. — Это наш магазин в Лейдрене. Там есть всё, что вы только можете пожелать.
И не обращая внимания на суровый, даже немного злой, тяжёлый взгляд Роберта, которым он проводил наши прощания с Мейрингами, я совершенно невозмутимо покинула хозяйский кабинет.
— А где, собственно, труп? — полюбопытствовала я.
— Прости, конечно, но если ты не заметила, то я немного не в состоянии применять магию, — процедил Роберт.
Он и правда уже едва держался на ногах.
— Отчего ты злишься?! — без обиняков решила уточнить я, дабы не было недомолвок в нашем рабочем коллективе.
На что Коллинс ответил не сразу, но довольно резко:
— Вообще, я не очень хорошо отношусь к любовным похождениям на рабочем месте.
— Э-э! Прости, конечно, но где именно ты успел заметить любовные похождения?
— Правда, совершенно незаметно! — кивнул он на записку в моей руке.
На что я не удержалась и открыто, широко улыбнулась.
— Это для тебя! — ткнула я немного онемевшему от такого поворота Коллинсу бумажку. — Сверь почерк с той писулькой, что мы нашли у леди Мейринг. Что-то мне подсказывает, что Энтони в столицу прибыл далеко не вчера!
Ведомственный экипаж грохотал колёсами по мостовой. Притом создавалось такое впечатление, что он вот-вот рассыплется, и как-то я начинала задумываться: хвататься за сидение, чтобы не кидало из стороны в сторону, или же держаться за ручку двери, чтобы вовремя выпрыгнуть в случае чего. Кто знает, на каком ухабе эта развалина всё же не выдержит тяжёлой жизни.
Напротив, скукожившись, пытался не свалиться с сиденья мистер Коллинс. Если честно, то на него смотреть страшно было. Того и гляди упадет без чувств. И как-то хотелось ему хоть чем-то помочь… и в то же время… Что я могу предложить ему?! Я и себе помочь ничем не могу. Да и всё, что мне известно о лечении больных — это где стоит микстура, которую тётя Роза с улыбкой называла “панацея”. Конечно, она помогала от всех болезней, но кто знает, действительно ли это действие зелья или просто сильные молодые организмы.
А вообще, нужно было сразу отправить экипаж и пойти пешком. Ну или на крайний случай потратить пару медяков на наёмный. Всё же когда кто-либо берёт деньги за работу, то взамен предлагает не нытьё о том, что из королевской казны давно не выделяли денег на новые ведомственные экипажи. Жутко хотелось уточнить: если сдохнет кобыла, которая впряжена в это чудесное средство передвижения, то её похоронят или и после смерти покоя не дадут — поднимут и заставят и дальше пахать на благо государства?