Он говорит о том, о чем я думаю? Ну и предложение… И еще: он не тронул своих жен— но они все равно умерли. Наверное, проклятье действует не на тех женщин, к которым он прикасался, а на всех, кто может предоставить ему наследника, пусть даже это и не его ребенок.
Наверное, дракон подумал о том же, ну или ему претила такая жизнь во дворце в непонятном качестве, потому что он отозвался:
— Понимаю. Но мы тут не останемся. Ищите другие способы обойти проклятие, ваше величество.
— Вы не останетесь, я понял, — император сжал зубы и вдруг перевел взгляд на меня: — А вы, Мэй? Вы еще помните о нашей договоренности? Пока вы во дворце, Рэн Такахаши остается в живых.
Я неверяще подняла бровь:
— Все ваши жены погибают, ваше величество. Предлагаете мне обменять свою жизнь на его?
Я соглашалась оставаться во дворце, пока я думала, что я буду всего лишь преподавателем — а не императорской женой, над которой довлеет проклятие и жизнь которой висит на волоске.
Я не могла остаться. Но…. я и не хотела быть причиной смерти Рэна.
Император встал поудобнее и принялся убеждать меня в том, что мне ничего не грозит — но я не слушала его, потому что в тот момент Хесо повернулся ко мне. Рэн был его врагом. Хесо мог бы отомстить ему, просто уведя меня прочь. Я набрала в грудь воздуха, чтобы сказать ему… Что? Сделай что-нибудь, ради меня? Я не смогу спать спокойно, если из-за меня кто-то умрет?
Не знаю, потому что в этот же момент Хесо снова вжал императора в стену и отстраненно произнес:
— Теперь мои руки не связаны мирным договором между нашими странами, ваше величество. Вы же помните — я вне закона? Поэтому, если хотя бы один из Такахаши будет казнен, я все-таки обрушу на вашу страну семь лет наводнений, а потом — семь лет засухи. За каждого, — добавил он.
Император поднял на него глаза, раздумывая, способен ли он выполнить свою угрозу — и дракон ответил ему холодным, уверенным взглядом, в котором была написана решимость довести задуманное до конца. Секунда, вторая, третья— и взгляд правителя потух.
Внезапно отпустив императора, Хесо взял меня за руку и повел прочь. Я оглянулась на одинокую фигуру в черном. Император выглядел уставшим и…внезапно постаревшим, словно он прожил уже тысячи лет и видел тысячи смертей, и это зрелище унесло все краски из его взгляда. Он смотрел нам вслед и не делал больше попыток остановить. Отвернувшись, я ускорила шаг.
40
Ворота дракона не остановили — он лишь взмахнул рукой, и они распахнулись, выпуская нас, и с шумом захлопнулись за нашими спинами. Этот звук показался мне самым прекрасным, что я когда-либо слышала: звук свободы! Широко улыбнувшись, я повернулась к Хесо — и улыбка замерла на моем лице, потому что он смотрел не на меня, а вперед, и лицо его было напряжено. Все еще ничего не понимая, я перевела взгляд туда же — на раскинувшуюся перед нами огромную дворцовую площадь, посреди которой стоял одинокий экипаж без возницы. Экипаж, из которого как раз выходил Рэн. А он что здесь делает?