Секретарь Королевского Отбора (Рэйн) - страница 23

***

До пятого «луча» мы добрались без особых сложностей. Если не считать сложностью самих отвергнутых девушек и журналистов, закружившихся вокруг них, как те же ирвиры и шужжы. Только я теперь не замыкала колонну, а, наоборот, вела ее за собой. И хоть настойчивых взглядов в спину больше не чувствовала, все равно мне было очень неуютно.

— Тоже надо было пойти секретарем! — вдруг донеслось до меня чье-то гневное. Я еле подавила желание немедленно обернуться.

— И что бы вам это дало? — удивленно спросил журналист у злюки.

— Ну как что? — продолжила та, и я наконец-то узнала говорящую — Ониру Лэс Аррет. — Они-то здесь на весь конкурс. Им не нужно с кем-то соперничать и соглашаться на сомнительные проверки. Зато всегда есть доступ во дворец!

Я все-таки дернулась на эту фразу, чем, кажется, выдала себя.

— Эсса, как вы можете прокомментировать слова лэсты Лэс Аррет?! — тут же подбежал ко мне журналист в окружении пары ирвиров, которые спешили заснять на кристаллы мое лицо со всех сторон.

Но я уже успела взять себя в руки.

— Никак. По должностной инструкции я не имею право давать комментарии словам и поступкам невест или женихов.

Сзади раздалось пренебрежительное фырканье. И я мысленно порадовалась, что в любом случае через несколько часов уже забуду о том, что знакома с баронессой.

— А вы всегда действуете в рамках должностной инструкции? — нашелся журналист, все еще желая выжать из этой риндарии соки.

— Да.

— А вы можете еще что-то добавить к этому, — не унимался эссэр.

— Нет, — ответила я и демонстративно отвернулась от него, заканчивая разговор.

Тот пробормотал напоследок псевдолюбезное: «Мы вас услышали, эсса» и наконец-то вернулся к баронессе. Онира же, совершенно не стесняясь, продолжала строить догадки на тему того, как удобно быть секретарем и неудобно быть конкурсанткой. А когда ей напомнили, что все секретари старше невест и обязательно имеют семью, она с усмешкой предложила еще раз посмотреть на меня и сказать, может ли женщина в заявленные тридцать пять выглядеть так хорошо, а заиметь к нужному сроку семью — вообще не проблема, а вопрос мотивации.

Журналист, как ни странно, последовал ее совету — вокруг меня снова замельтешили ирвиры. Я же упрямо хранила показное равнодушие и старательно придерживала пальцами кромку рукава, боясь, что в любой момент он задерется, и свечение руны станет заметно. Впрочем, вскоре пресса перекинула внимание на другие, более интересные публике цели, и я вздохнула свободнее.

Сборы невест до дома стали для меня ничуть не менее изматывающими, чем их приезд накануне. Нет-нет, да кто-то периодически начинал вопить о несправедливости, кидаться обвинениями, рыдать или затевать ссору с соседкой по комнате. Баронесса отличилась и здесь, насыпав в кровати тех, кто остался — а таких было всего семнадцать человек — каких-то мерзких червей. И где только раздобыла? К сожалению, по правилам ей за это уже ничего не могли сделать. Она это знала, чем и воспользовалась.