Она помялась и негромко закончила:
- Мне такая гадость ночами снится…про тебя, и про него. Никак не могу перестать думать об этом.
- Ты снам не верь, пожалуйста, - попросила я серьезно, - И гони их прочь, это всё неправда.
- Прости, - повторила Маша, и одновременно с этим в класс вошел учитель. Мы занялись биологией, лично я – без особого энтузиазма, вирусы меня никогда не интересовали, так что я очень быстро отвлеклась, погрузившись в свои мысли. Вот ведь, я и не думала, что между моими друзьями есть разногласия, даже…соперничество? Ночные кошмары вытянули их на поверхность или…или сами же и наслали, как дурной морок?
Оставалось только гадать, что я и делала этот урок и ещё два следующих английских, отведенных опять под самостоятельную работу. Иностранный язык мне нравился, и я по нему была среди лучших, поэтому с заданием справилась быстро, и шла в кабинет обществознания отдохнувшая и в приподнятом настроении.
- Анжел здесь? – услышала я на подступах к классу.
- А ты не видишь? – раздался раздраженный ответ Маши.
- То есть она не приходила? Или вышла?
- Что ты здесь все время крутишься, Чеширский?! – выкрикнула Маша, привлекая уже не только мое внимание, но и всего класса, - Иди отсюда и не возвращайся!
- Знаешь что, Вострикова, - глухо сказал Женька, - Не тебе мне приказывать.
Ну, тут я выпала в осадок. Окончательно. Потому что Женька никогда – никогда! – никого при общении не называл по фамилии, тем более, симпатичных девушек. Я считала это признаком хорошего воспитания, ну, и его собственной фишкой, быть может…И то, что он сейчас назвал Машу Востриковой потрясло меня так, как если бы Каширский грязно выругался. В его случае, в общем-то, это так и было.
Тут они обернулись и заметили меня.
- Анжел, извини, - попросил Женя.
- Перед Машей извинись, - сказала я.
Каширский воспринял предложение без энтузиазма.
- Позже, - сказал он и отошел.
- А ты перед ним не хочешь? – спросила я у подруги, и та высокомерно фыркнула.
- Анжела Шумилова, вы собираетесь весь урок простоять посреди кабинета? – поинтересовался у моей спины учитель обществознания Михаил Юрьевич, - Я не против, просто уточняю.
- Нет, простите, - качнула я головой и быстренько за своим столом расположилась.
- Раз нет, то придется начать урок, - вроде с сожалением проговорил Михаил Юрьевич, - Мне кажется или вас сегодня меньше, чем обычно?
- Шести человек нет, - откликнулась староста Настя.
- Шести? – поразился Михаил Юрьевич, - Это много. Ну да ладно, урок все равно надо провести…
Он вздохнул и помолчал задумчиво. Мы его не торопили.