— Моя королева, ты явно понимаешь смысл моих речей. Твой сын предал свой род, когда соединился с этой человеческой девушкой и боги прокляли их этими… этими… отклонениями. К сожалению, мы ничего с этим поделать не можем, кроме как взять контроль над ситуацией, пока та не стала хуже. Совет найдёт лучший способ воспитания этого потомства. — Старейшина наклонился ближе, и Риннон едва сдержала порыв разорвать его на части, чешуйку за гребаной чешуйкой. — И я надеюсь, что ты не послала своего глупого отпрыска — тот, что Гвенваель — на север, чтобы он развязал слабую войнушку, а ты смогла бы взять управление Советом в свои руки. Уверяю, что подобное действие будет слишком уж неразумным.
Риннон отделяло несколько секунд от того, чтобы стереть усмешку с самодовольного лица старейшины, когда между ней и ним ударился об пол хвост, который был больше и смертоноснее её. Книжка, чтобы была в руках Энруига, полетела вниз. Риннон не смогла сдержать улыбку, когда из-за старейшины медленно появилась голова Берселака.
— Лорд Берселак.
Боже, как же ей нравилось, каким внезапно слабым стал голос старейшины.
— Старейшина Энруиг. Я могу вам чем-нибудь помочь?
— Нет, нет. Я просто поговорил с нашей королевой.
— Разговор окончен, верный ты хвост. Свободен.
Энруиг коротко кивнул Риннон.
— Моя королева.
— Старейшина.
Риннон и Берселак проследили взглядами за уходящим из архивов старейшиной.
Убедившись, что тот ушел, Берселак повернулся к королеве.
— Почему ты не даешь мне с ним разобраться?
Она обвила его хвостом и притянула к себе.
— Потому что не могу позволить тебе его убить. Он был бы в восторге, если его смерть разожжёт гражданскую войну. Я не могу позволить этому случиться. А что тебя сюда привело? Ты должен быть на западе.
— И я там был. Аддольгар и Глианна идут, собирая по пути отряды, и прибудут через день или два с Эйбхиром, но мне хотелось бы провести эту ночь дома с тобой.
— Ты оставил Эйбхира с ними одного?
— Глианна о нём позаботится. Кроме того, настало время ему понять, что мама не всегда будет рядом и нянчится с ним.
— Я с ним не нянчусь. А Глианна груба.
— Знаю. — Он погладил лапой её по щеке. — Выглядишь усталой.
— Так и есть. Энруиг высосал всю оставшуюся энергию.
— Тогда пришло время тебе вернуться в спальню. — Он повёл её за собой. — Поиграем в «Здесь ли мой хвостик?»
Риннон рассмеялась.
— Обожаю эту игру.
* * *
Гвенваель снова её услышал: тихий и милый голос в голове. Такой сладкий, что просто слушая его, он мог уснуть. Голос манил, и Гвенваель уже не осознавал, где находился.
«Гвенваель, — снова произнесла она. — Следуй за голосом. Приди ко мне, Гвенваель».