— Будем делать?
— Именно. — Он схватил что-то с полки и, аккуратно переместив хвост за себя, повернулся к Риннон. Она удивилась, что не было слышно шелеста при этом движении. — Старейшины и Твоё Святейшество могут начать обсуждение о том, куда заберут младенцев.
— Заберут? Зачем их вообще забирать?
— Вы же не можете серьезно полагать, что человеку позволят их воспитывать?
— Человеку и моему сыну, старейшина Энруиг. А так как дети родятся у человеческой женщины и дракона…
— Моя королева, твой сын едва ли может воспитать детей. В том числе и собственных.
Металлический наконечник хвоста Риннон, которые она точила раз, а то и два раза в день, лязгнул по каменному полу пещеры.
— Старейшина, не уверена, что правильно понимаю.
Старейшина подошёл к ней. Древний Золотой дракон с золотистыми волосами, которые почти полностью поседели от времени, а чешуя больше не была яркой и блестящей, а стала тусклой и изношенной. Однако чем больше она узнавала этого дракона, тем меньше верила, что дело в возрасте. Отец Берселака почил в возрасте около девяти столетий, и он был таким же красивым, как и в первую встречу с Риннон. Да, он явно был стар, но нисколько не потерял ни своей энергии, ни любви почти ко всему.
А вот Энруигу Учёному терять было явно нечего. Он жил в своих книгах и верил в строгие границы родословных. Для него идеальным примером была мать Риннон — королева Адиенна — которая связала свою жизнь с равным своему статусу. Сама же Риннон потеряла потенциальное совершенство, связавшись с Берселаком — низшим драконом клана Кадвалардс — каста воинов-драконов, которая лишь трахалась, кормилась и участвовала в сражениях. Когда Риннон была ещё детёнышем, она слышала, что клан Кадвалардс драконы королевских кровей использовали в качестве боевых псов.
Адиенна именно так с ними и обращалась. Войны в далёких землях, не требующие мастерства и умения вести переговоры? Отправь туда Кадвалардс! Нужна осада, через десять лет которой, наконец-то, оголодавшие жители сдадут крепость? Отправь на дело Кадвалардс! И, что важно, клан не возражал. Пока они могли продолжать трахаться, жрать и драться, для них не имело значения, куда отправят и что от них ожидают.
Старейшина забывал — да, как и все заносчивые королевские семьи — не стоит связываться с кланом Кадвалардс: может их родословная и не королевских кровей, вот только своих детей они защищают, как любой боевой пёс. А детки Аннуил и Фергюса принадлежали клану Кадвалардс.
Старейшина, которого Риннон презирала за всё вышеперечисленное, теперь стоял рядом с ней и усмехался.